Галина Васильевна будет его воспитывать, я подпишу все бумаги на опекунство. Денег им хватит, уедут в другой город, где их никто не знает. А я отсижу и выйду. Мне будет еще не так много лет.

– Но ведь ты не делала этого.

– Делала! – закричала Долженкова, вскакивая. – Делала, понятно?! Это я его убила, я, только я!

На крик вбежали конвоиры и мгновенно увели Арину назад в камеру. Лена осталась одна. Она сидела за столом и невидящими глазами смотрела в стену.

«ДНК-тест, – думала она. – Вот это могло бы помочь. На одежде Сергея остались следы рук той, кто его толкнул.

Но прокурор ни за что не даст санкцию на довольно дорогое исследование, когда в деле имеется чистосердечное признание. Формально все закончено – есть убийца, дело можно передавать в суд. Но я буду чувствовать себя мерзко, отправив отбывать наказание не того человека. Но доказать ничего не могу. Очную ставку им устроить? Кстати, это мысль – можно договориться и отвезти Арину в больницу к свекрови. Проблематично, конечно, но другого выхода я не вижу. Ждать выписки Галины Васильевны у меня просто нет времени».

Лена тяжело поднялась из-за стола и пошла к выходу.

В машине, собираясь перевести телефон из беззвучного режима, она увидела пять пропущенных от Павла.

«Что мне делать с этим? – думала она, тупо уставившись на дисплей. – Перезвоню – и он назначит свидание. Не перезвоню – приедет домой. Ощущаю себя как в ловушке. Что меня опять не устраивает?» Но перезванивать она все равно не стала.

К концу рабочего дня явился Андрей, злой, голодный и измотанный. Лена быстро согрела чайник, Паровозников вывалил прямо на стол принесенные с собой гамбургеры и, впившись в один зубами, пробурчал:

– Так и до язвы рукой подать.

– Ты откуда такой злющий?

– От коллег по цеху. Такое впечатление, что мне эта информация для личного удовольствия нужна! – возмущенно сказал он, энергично работая челюстями. – Пока нашел того, кто на адрес выезжал, пока добился разрешения протоколы допросов задержанных посмотреть, пока этих самых задержанных лично опросил – чуть не рехнулся. Короче, содержали эту богадельню два брата-акробата, отсидевшие в совокупности больше, чем ты прожила. Наладили прибыльный бизнес на калеках, с утра развозили по точкам, вечером собирали.

Ну, все, как Юлька говорила, мы, в общем, от столичных веяний тоже не отстаем. Но интересное не в этом. А в том, что фамилия у братцев… – Он выдержал долгую театральную паузу, испытывая Ленино терпение, но Крошина не отреагировала, и тогда Андрей произнес: – Белькевич.

– Погоди… Белькевич – это экстрасенс.

– Что никак не мешает ему быть заодно старшим братом этих двух охломонов и заодно же – организатором преступной группы по отъему денег и квартир у населения пенсионного возраста.