Как прихватил живот в самый неподходящий момент, и я до девяти вечера просидел в уборной бизнес центра. Как Карина обнаружила в машине трусики и презерватив в свой День рождения и влепила мне пощечину, как плевался каждый раз, когда Соня приносила мне кофе. Как странно шептались за спиной мои подчиненные и я определенно в тот день слышал слово «педик».

Я запил от горя, забил на все. Снял двушку в хрущевке и не знал, что делать дальше. Вот так вот я угробил свою жизнь.

— Эй, Ромео, — слышу сбоку голос пиздюка. — Если я выясню, где твоя Джульетта, что мне за это будет?

— Иди нахрен, — делая очередной глоток алкоголя, говорю я.

— Я серьезно. Вот если бы я нашел твою Соню, что бы ты мне за это пообещал?

— А что ты хочешь? — решил сыграть в его игру, чтобы тот поскорее отстал.

— Самый крутой и быстрый байк, — не задумываясь отвечает он.

— Ты слишком мал, чтобы гонять на байке.

— Не сейчас, когда мне стукнет шестнадцать. Обещаешь?

— Ага, как раз к шестнадцати может и найдешь моего Слоника, — делаю еще глоток и закрыв глаза, намереваясь уснуть.

— Супер. Она в Изках. Теперь ты должен мне байк.

Я никак не реагирую на его слова. Каких еще нахуй Изках? Что вообще Ромка чешет и откуда знает о Соне? Разве я при нем говорил о ней что-то?

— Эй, я думал, когда ты узнаешь ее местонахождение, то сразу помчишься покорять девичье сердце. Или чем ты там еще планировал с ней заняться?

— Ром, иди спать.

— Ты что глухой? Я сказал она в Изках, — медленно, словно ребенку повторяет он."

"— В каких еще Изках, что ты несешь Ром?

— В тех, которые в Карпатах. У нее там бабка жила. Вот, смотри, фотки.

И тычет мне в лицо телефоном, из которого на меня смотрит моя Соня. Моя, блядь, Соня!

— Дай сюда, — вырываю телефон из рук пацана и листаю фотки, которые она непонятно с какого перепугу прислала Ромке в директ. — Почему она прислала тебе свои фото? — удивленно спрашиваю у него.

— Наверное, потому что мы с ней друзья, — иронично выгибая бровь, отвечает малый.

— Вы что, знакомы?

— Ну, наконец-то дошло. И если бы ты меня раньше больше слушал, то помнил бы, что я рассказывал тебе о своей подруге Соне.

— Я думал ей от силы лет десять-двенадцать. Почему ты раньше молчал?

— Потому что только недавно удалось выведать где она. А еще хотел заставить тебя немного помучаться. Ты настоящий баран.

— Ну, спасибо тебе, брат… Подожди, — подозрительно смотрю на него, — а откуда ты знешь, что моя и твоя Соня это один и тот же человек?

— Иногда ты такой тупой, прости уж за откровенность. Ты же сам выставил фотку с ней, а потом удалил. Больше месяца назад. Когда улетал. Помнишь?

И меня вдруг отпускает. Вдруг так хорошо и тепло на душе становиться. Впервые за эти долбанные недели я улыбаюсь, по-настоящему улыбаюсь. Хватаю Ромку, закидываю на плечи и кружу по комнате.