Какая-то девица с радио, держа в вытянутой руке микрофон, бегала за дружком Тарна — Йонне — и с упреком допытывалась, как это оказалось возможным. Ему это надоело, и он велел огородить весь район, чтобы работать спокойно.

Тарн стоял возле репортерской машины и созванивался с редакцией. Он был бледен и озабочен. Янне с изумлением взирал на меня. Потом расплылся в улыбке и сказал:

— И как раз тогда, когда ты похотливо сунул палец под резинку ее трусов, домой вернулся ее муж, а он, оказывается, чемпион Швеции в тяжелом весе?..

— Здорово, Янне, — сказал я.

— Как дела с акциями?

Тарн прервал нашу беседу.

— Редакции нужна схема места происшествия, — сказал он.

Я кивнул. Эскизы нынче в моде.

— Карта есть в телефонной книге, — ответил я, — а обзорные снимки я уже сделал.

Тарн сказал несколько слов в трубку радиотелефона и повесил ее.

Мы посмотрели друг на друга и улыбнулись. В спешке мы еще не успели поговорить.

— Быстро же ты проснулся, черт, — сказал я. — Она что, тебе позвонила?

На лбу у Тарна появилась морщинка. Он пытливо посмотрел мне в глаза.

— Нет, — сказал он. — А тебе?

Я уставился на него, стараясь сделать непроницаемым свое распухшее лицо.

— Но как ты узнал? Кто тебя разбудил? Кто сообщил? — выдавил я наконец из себя.

Он не отвечал... Качал головой и улыбался:

— Так она тебе звонила? Ты знал об этом ограблении? Кто тебя вздул?

Я попытался составить ответ, который хотя бы выглядел правдивым:

— Я об этом знал не больше, чем ты.

Он внимательно глядел на меня, но уже не улыбался. Я ответил удивленным взглядом: поплиновый плащ, шляпа...

Вокруг ограждения собрались любопытные. Машины останавливались прямо на траве, подходили люди в летних рубашках и шортах.

Полицейские засучили рукава, Янне красовался в рубашке с короткими рукавами и текстом на спине: «С «Утренней газетой» в завтрашний день». А Тарн был в плаще и шляпе..."

"Он выглядел здесь столь же чужеродным, как водолаз на торжественном разводе караула.

— Ты готов? — спросил он.

Я кивнул.

— Так поехали.

Стоявший возле радио Янне вдруг сказал:

— Восемнадцать миллионов. — Тарн присвистнул.

— Кто это сказал?

— Почта. Если машина была загружена полностью.

А она вроде и была так загружена.

Мы молча постояли у машины. Наконец я сказал:

— Вот черт. Восемнадцать миллионов крон.

Тарн засмеялся:

— Тебе бы они пригодились. Жил бы как плейбой, для начала сделал бы пластическую операцию лица.

— Далеко они в полицейской машине не укатят, — сказал Янне.

— Она уже стоит в каком-нибудь гараже, — сказал Тарн. — И давно стоит.

Мы уселись в машину, но не сразу двинулись с места. Сидели молча, потом Тарн мечтательно произнес:

— Восемнадцать миллионов крон...