– Наши успехи знаешь, по-разному можно повернуть.

– Да знаю…

Плужников был собран, суров и напоминал египетского фараона, гордо возвышаясь за столом.

Коротко доложив о результатах операции «Корона», о которых он и так знал, я сказал:

– Не так все пошло. Готов ответить по всей строгости, товарищ комиссар госбезопасности.

В этот момент я был вполне искренен. Я действительно считал себя виновным в таких потерях. Погибло двадцать восемь чекистов и военнослужащих, более двух десятков мирных граждан. А сколько еще ранено. Это настоящая бойня. И за такое принято нести ответственность.

Плужников помолчал. Потом выдал:

– Ответить? Довольно из себя строить институтку, Ермолай. Жизнь у нас такая чекистская. До смерти всегда один шаг. И мы все это знаем. И те знали, кому не повезло. Знают и те, кто выжил. Так что дело сделано. И оно того стоило.

– Интересно, доживем до тех времен, когда за дело не будем платить жизнями?

– Мы – точно нет. Но сделаем все, чтобы наши внуки дожили, – он внимательно посмотрел на меня и через силу улыбнулся. – Не тужи, Ремизов. Это как раз тот случай, когда результат оправдывается любыми потерями.

– А у меня больше вопросов, чем ответов. Чего все же они хотели в итоге? Теперь из показаний выживших боевиков понятно, что Сталина никто убивать не собирался. Они намеревались взять его в заложники и держаться до последнего. Диктовать свою волю. И вся эта экзотика лишь ради того, чтобы расстроить готовящийся к подписанию пакт о ненападении с Германией?

– Ермолай, ты же умный человек. Тебя учили рассматривать события в комплексе?

– Учили. Поэтому и понимаю, что, даже убей они вождя, политическое руководство страны никуда бы не делось и взяло бы ситуацию под контроль. Конечно, потеря была бы невосполнимая. Но страна бы выжила. И только злее стала бы.

– У врага был комплексный расчет. Тут такой клубок из международных и внутренних обстоятельств. И его очень трудно распутать. Но одно ясно – у них был четкий план. В основе – возникший хаос в партийной верхушке. Враг был уверен, что его возможностей хватит, чтобы направить хаос в нужное русло.

– За счет чего?

– Ты думаешь, Ежов своими ковровыми бомбардировками всех скрытых врагов уничтожил? Очень многие большую чистку пережили. Самый опасный враг – это умело мимикрировавший. И готовый выстрелить в спину в нужный момент. Видимо, на этих перевертышей и был расчет.

– Перехват власти?

– Вряд ли. Но серьезная ее дезорганизация. Возможны были и массовые внутренние контрреволюционные выступления в регионах. И провоцирование внешней агрессии. Сейчас в Европе огромные армии только и ждут команды «вперед». А что может быть легче, чем всем скопом наброситься на дезорганизованную страну?

– Это реальный вариант?

– Один из вариантов, Ермолай.