Девушка действовала осторожно, ковровая дорожка с высоким ворсом, но от моего слуха не укрылось, что она куда-то очень поспешила. Взыграла совесть и решила проверить состояние поручика? Нет, сомнительно, на Сазонова она злится и ни грамма симпатии к нему в ее ауре не заметил, как и любви. А вот в отношении меня ее чувства напоминают гремучую смесь, пока разобраться невозможно, но в эмоциях нет и следа, чтобы сделать больно. И, тем не менее, она чего-то боится. Ее тревога не укрылась от моего взгляда, что-то ей покоя не дает и это связано с ней самой.

— Шикарно! — оглядел я ванную комнату.

Тут и душ можно принять, понежиться в глубокой и широкой ванне. Вода идет холодная и горячая — лепота! Обязательно ее опробую с Кати, если та меня не выставит.

— К тебе можно? А то я уже заждалась, — произнесла хозяйка квартиры, постучавшись в дверь.

— Если пожелаешь, — усмехнулся я, поправляя галстук.

Удивительно, но развратница зашла! На Островской тонкий шелковый халатик, не скрывающий откровенного корсета. Чулки на подвязках и больше ничего.

— Как я тебе? — покрутилась девушка вокруг своей оси.

— Много тряпок, — буркнул я и направился к ней, ослабляя галстук, который пару секунд назад поправлял.

— Саша, только корсет с меня не снимай, — прошептала моя любовница.

— Кати, обещать не возьмусь, — нагло заявил, смотря ей в глаза и развязывая поясок ее халата.

И все же, мы перебрались в спальню. Кровать там оказалась широченной, есть где развернуться и опробовать экстремальные позы. Естественно, последним и занялись. Одна беда, корсет имеет хитрые застежки и до обнаженного живота и спинки подруги не пробиться.

— Ты какой-то монстр, — устало шепнула подруга, положив голову на мою грудь.

— А в тебе страсти хватит на десятерых.

— Даже не подозревала, что так могу, — призналась Кати.

— Тебе не жарко? — провел рукой по корсету и неожиданно почувствовал, как та напряглась.

— Саш, я же просила его с меня не снимать, а ты раз пять пытался. Прошу, не надо, — прошептала и поцеловала меня в живот.

— Это ты чего задумала? — погладил ее по голове, пропуская между пальцев шелковистые локоны.

— Догадайся, — выдохнула та, медленно скользя к моим ногам.

— Пять минут передышки, — сделал вид, что взмолился, но ощущая поднимающуюся волну страсти.

Как озабоченный подросток, прямо слово! Ну, нет, даму удовлетворять не забывал, беспокоился о ее состоянии. А она в ответ жарко стонала и даже кричала. Но что за пунктик у дочери градоначальника? Почему она корсете?

— Твои слова расходятся с явным желанием, — буркнула Кати."

"Оспорить то, что заметно невооруженным взглядом не представляется возможным. В очередной раз погрузились в страсть, а когда вынырнули из нее, то оказалось, что несколько крючков корсета оторвались.