Это как раз наш случай, доктор.

Полукольцо голубых все теснее сжималось вокруг меня. Только позади оставалось всего двое. Все, пора было действовать. Положение не самое выгодное, но другого момента может не представиться.

Я оглянулся через плечо, оценил дистанцию (крашеный качок в ответ показал красивые зубы). Оглянулся через другое – второй соглядатай оказался не таким приветливым, не улыбнулся в ответ.

Пальцами правой руки заученным движением я сдернул фольгу с лезвия – и мой боевой коготь был готов к бою. Кусочек фольги я выпустил из пальцев. И увидел, как глаза брюнета тут же скользнули вслед за выпавшим на пол обрывком.

Брюнет насторожился. Когда я поднял глаза, в его взгляде читалась напряженная работа мысли: он почуял: что-то не так. И судорожно пытался вычислить, с какой стороны грозит опасность. Пока не поздно…

Но было уже поздно. Почти не меняя положения тела, я резко ударил одного из качков ногой пониже колена. Правого, который был поближе. Не издав ни звука, огромный детина сложился пополам. В то же мгновение я, не замахиваясь, наотмашь нанес ему удар по шее. Недаром я был врачом: траектория удара была рассчитана так, чтобы наверняка рассечь яремную вену.

Так и вышло. Кровь из вены ударила струей, заливая и меня, и все, что подвернется. Но он уже не видел этого, а я был уже занят вторым конвоиром.

Я повернулся к нему как раз вовремя, чтобы отбить удары, которые рассвирепевший блондин обрушил на меня. И нанести встречный – головой прямо в его чувственные губы. Удар получился: точный, сокрушительный, с характерным хрустом сломавшихся зубов.

Мой противник на мгновение замер, оглушенный. Я немного отступил в сторону, чтобы было с руки, и со вторым педерастом проделал ту же операцию, что и с первым.

Только еще точнее и глубже."

"Теперь уже кровь хлестала из двух глоток, заливая поляну. Я поднял голову. Вся здешняя «братва», совершенно обалдев от столь молниеносного и неожиданного развития событий, застыла на месте. «Как на концерте» – успел подумать я. Но через мгновение ситуация изменилась, и все они яростно кинулись в атаку.

Я сумел отступить еще на несколько шагов назад и почувствовал спиной холодный металл двери. По крайней мере, с этой стороны мне ничего не угрожало. Может, еще мусора расстроятся, что их лишили такого захватывающего зрелища, да откроют дверь… Тогда, меня и на этот раз бог милует.

Но с богом еще туда-сюда, а мусорам-то по-любому веры нет. Без понту на них надеяться. Я решил стоять насмерть. «Отступать некуда, за нами Москва!»

И сразу за этим на меня обрушилась настоящая лавина ударов! Руки и ноги прилетали со всех сторон. Уследить за ними, а значит, эффективно обороняться, было нереально. Правда, слишком большое количество нападавших было мне на руку: они мешали друг другу.