Его вид мог рассеять любые сомнения, а Знахарь, стоящий за его спиной, выглядел сейчас скорее как его собственный телохранитель.

– Он вас ждет! – сообщил Лазарев, пытаясь пробиться взглядом сквозь черные очки к глазам Знахаря.

– Прекрасно! – ответил тот. – Идите, Валерий Игнатьевич. Вы увидите свою дочь сразу после праздника!"

"Вице-губернатор проводил глазами пару, исчезающую в салоне булашовского броневика. Потом повернулся и пошел назад – к остальным. Думая только о том, как ему продержаться до конца «праздника», который он, безусловно, запомнит на всю оставшуюся жизнь!

– Что это за козел?! – поинтересовался Молот у патрона, изучая через бронированное стекло приближающегося Заславского. На «телохранителя» за спиной последнего он не обратил пристального внимания, отметив только, что тот безусловно вооружен и хорошо владеет своим телом.

– Из Сибирской топливной компании! – пояснил Аркадий Андреевич. – Лазарев сосватал в последний момент!

Молот кивнул. Он остался в салоне – все последнее время босс не отпускал его ни на шаг, едва ли в сортир с собой не волок!

Дверца открылась. «Сибиряк» наклонил голову, здороваясь и одновременно ныряя в салон.

– Меня зовут Федор Артурович! – произнес он. – Добрый день, я очень рад, что вы смогли уделить мне немного вашего драгоценного времени!

Хопин автоматически отметил, что «сибиряк» явно прошел школу в государственном административном аппарате – эту школу он чувствовал также хорошо, как чувствуют старые урки ментовскую натуру.

Вслед за «сибиряком» в машину влез статный человек в черных очках, профессионально оглядевшийся, прежде чем занять место рядом со своим боссом на кожаном сиденье – напротив Хопи-на и его телохранителя.

– Это мой врач! – пояснил «сибиряк».

Булашов нахмурился непонимающе, но не успел ничего спросить. Человек в черных очках выдернул из-за пазухи пистолет с глушителем и, направив в лицо Молоту, нажал на курок. Начальник охраны дернулся и повалился на пол – в просторном салоне было достаточно места.

Аркадий Андреевич, как завороженный, смотрел на его развороченный череп, в котором ясно был виден мозг. Мозгом и кровью была забрызгана стенка рядом с ним, отделяющая салон от кабины водителя. Водитель, видевший все в зеркале, замер на месте – ствол пистолета повернулся в его сторону.

– Слышишь, сынок?! – спросил человек в черных очках и, когда водитель кивнул в ответ, продолжил:

– Трогай потихоньку, если хочешь остаться в живых!

Голос его показался Хопину очень знакомым. Правда, вживую слышать его до сих пор Аркадию Андреевичу не приходилось. Только на магнитофонных записях, сделанных во время допросов. Да он уже понял, кто перед ним, и загадка с врачом решалась очень просто.

– Знахарь! – прошептал он.