И только поздним вечером, после ужина приготовленного из плодов охоты и в специально устроенном месте, участники могли отправляться на отдых в имение. Приказала конюху быть наготове и как отправятся первые коляски за своими хозяевами, тут же выдвигаться за мной. Лиззи обещала к этому времени приготовить ванну.

И все же я волновалась, боялась встречи с Алексом, боялась, что или он и сама, сделаю такое, что выдаст нас с головой. А вот этого делать было категорически нельзя. Но все мои страхи были напрасными, Алекс, увидев меня, едва кивнул и все его внимание занимала счастливая Сюзан.

Ко мне же подлетел Петер и уже не отставал ни на шаг.

Кавалькада желающих поохотиться выстроилась попарно и двинулась за егерями со специально натаскиваемыми собаками. Шум вихрился над толпой смехом, выкриками, лаем и топотом копыт. Собравшись на небольшой полянке недалеко от места охоты, все участники разделились на несколько групп и разъехались в разные стороны."

"Я с Петером и с нами были, на мое счастье Сорры, сошли с лошадей, оставив их под присмотром слуг, и пешком пробирались к берегу озера. Пройдя сквозь разросшийся камыш, окинула взглядом гладь воды.

Еще было рано, и над поверхностью плыл разреженный туман, пахло тиной и ряской. Невдалеке разглядела какое-то движение. Егерь, с притаившейся собакой, поднял в готовности руку и засвистел в манок. Тут я увидела, как из молочной занавеси выплывает птица. Нервы были на пределе, рука лежала на арбалете, пальцы на курке. Из тумана выплыли три утки и селезень. Я подняла оружие повыше и, прицелившись, выстрелила. Болт зашуршал, и арбалет потянул меня вперед. Но я, уже зная его повадку, уперлась коленями в землю. Следом за мной засвистели стрелы и моих спутников. Еще две утки были сражены. Остальные с шорохом крыльев взлетели. Я вновь приложила болт и прокрутила ворот, подняла его вверх и спустила курок. Вновь попала во взвившихся с поверхности птиц. Одна из них начала падать и камнем врезалась в воду. Егерь повернул ко мне лицо и показал вверх большой палец. Я радостно кивнула. Петер с возгласом одобрения подскочил и помог мне подняться.

— Не ожидал от вас, Галина, такой меткости, — пожал он мою руку в перчатке, — Я буквально поражен. И даже сражен наповал, как та птица, что попала под вашу стрелу.

Это будет сенсация. Никто не поверит. И только мы свидетели.

— Что вы, ваша светлость, — откликнулся Феликс, — Когда мы охотились по весне в лесу, то только Галина и смогла застрелить глухаря. Мы же были пусты. Так что нам известны ее меткий глаз и твердая рука.

— А теперь она стала героиней и этой охоты, — и смеясь, Петер помог мне взобраться на лошадь.

Егерь собрал наших птиц в сумку и подцепил за ошейник двух мокрых от воды собак, что плавали за утками в озере.