Некоторое время Беспалый-старший только сопел, а потом осторожно поинтересовался:

— Что-нибудь не так?

— Ты завалил Клеща, а не Варяга!

— Ах, вот оно что, — обескураженно протянул Тимофей Егорович. — То-то мне показалось, что больно уж он тщедушен. Ладно, я тебя понял, постараюсь исправить свою ошибку.

— Но как ты его найдешь? — удивился Александр Беспалый. — Он как призрак! Появляется из ниоткуда и исчезает в никуда.

— Не такой уж он бестелесный, как ты хочешь его представить, — возразил Беспалый-старший. — А потом, ты все время забываешь, что я старый оперативник. Есть у меня кое-какие соображения на этот счет. Он наверняка где-нибудь в Москве объявится. Я сегодня же двину в свою богадельню, придется кое-какие старые связи восстановить. Не боись, я его встречу как положено. Исправлю, так сказать, свою ошибку, лады?

— Хорошо, отец, договорились, — согласился Беспалый-младший. — Но тянуть с этим делом тоже нельзя, сам понимаешь. Он о многом догадывается.

— Не беспокойся, — заверил его Тимофей Егорович, — все будет так, как нужно.

В трубку ударили короткие гудки. Своенравный старик даже попрощаться не пожелал. Через распахнутое окно в комнату доносилась матерная брань. Кажется, началось, зэки восстали. Ну что ж, настало время поговорить по душам.

Беспалый тяжело поднялся и направился к двери.

Глава 25 ПОСЛЕДНИЙ ПРИВЕТ

Машину слегка тряхнуло на колдобинах, кресло ухнуло будто бы в преисподнюю, а по днищу «Мерседеса» что-то неприятно и длинно проскрежетало.

Водитель, молодой парень с погонялом Шнур, в ответ крепко матюгнулся и, резво распахнув дверцу, пошел глянуть на повреждение.

— Что там? — вяло поинтересовался Варяг, когда Шнур снова устроился за рулем.

— Думал, на камень напоролся, а это так… коряга! Ничего страшного, у «мерсов» защита крепкая.

Варяг усмехнулся:

— Это тебе не по автобанам колесить, здесь мастерство нужно. А вообще-то на дорогу посматривай, еще не хватало, чтобы куда-нибудь в канаву завалились. На собственном горбу тогда потащишь! — всерьез пообещал Владислав.

— Не видно ни хрена. Темно уже.

— А фары на что!

Еще четыре года назад Шнур входил в сборную России по автогонкам и, как многие его ровесники, грезил «Формулой-1». Но однажды, в хмельном запале, парень выкатил из гаража автомобиль, уже подготовленный к соревнованиям, и, презирая все правила дорожного движения, на спор, пересек Москву с юга на север. Возможно, баловство сошло бы ему с рук, если бы он не разбил машину у ворот базы. Подобная глупость стоила Шнуру дисквалификации. С той поры гонки парень наблюдал только как зритель. Все складывалось так, что парню суждено было работать в каком-нибудь захудалом автопарке и понемногу спиваться, ремонтируя чужие машины.