Рэй увлекался тест-таблицами, и в их беседах часто проскальзывали «первые тройки» или «пятерки».

Вот и сейчас:

— Кстати, Шив, назови-ка первую тройку среди шотландских рок- и поп-исполнителей.

— Рэй…

— Ну уважь! Думать нельзя, назови тех, кто тут же приходит в голову! Навскидку!

— Род Стюарт? «Биг-кантри»? Трэвис?

— А для Лулу места не нашлось? Или Энни Ленокс?

— Я не очень-то в этом разбираюсь, Рэй.

— Однако Род — выбор интересный.

— Это инспектор Ребус виноват. Дал мне послушать ранние альбомы. — Теперь вздохнула она, тихонько. — Так поможешь мне или нет?

— Когда сможешь передать мне письмо?

— В пределах этого часа.

— Думаю, я мог бы и задержаться. Если это поможет нашим отношениям.

— Говорила я тебе когда-нибудь, какой ты красавец, умница и симпатяга?

— Когда я выполняю твои просьбы.

— Ты ангел, Рэй. Я твоя вечная должница.

— Ну так выбери же наконец время для автомобильной прогулки, — начал было уговаривать Рэй, но она прервала разговор.

Пройдя через столовую, она понесла письмо в расположенный за нею отдел доставки и регистрации.

— Пакетика для собранных улик, случайно, не найдется? — спросила она вахтенного сержанта.

— Могу сверху принести, — сказал он, признав свое поражение.

— Ну а толстого конверта?"

"Сержант вновь нагнулся и вытащил из-под столешницы конверт из плотной бумаги размером А-4.

— Подойдет, — сказала Шивон и кинула туда свой конверт. Написав на конверте имя Рэя Даффа, она поставила и свое, на всякий случай, и добавила слово «срочно». Затем опять пересекла столовую и вышла на парковку. Курильщики вернулись в здание, а значит, ей не надо было извиняться за недавние пристальные взгляды.

— Привет, ребята! — вскричала она.

Подойдя поближе, она увидела, что рядом с водительским креслом уселся констебль Джон Мейсон, которого в участке, естественно, прозвали «Перри». За рулем была Тони Джексон.

— Здорово, Шивон! — сказала Джексон. — Жаль, что тебя не было в пятницу вечером.

Шивон промямлила какое-то извинение. Тони и еще несколько женщин-полицейских любили раз в неделю разрядиться и хорошенько кутнуть. Шивон была единственным детективом, допущенным в их избранный круг.

— Наверное, я много потеряла, — заметила Шивон.

— Очень много. У меня печенка до сих пор отваливается.

— А что вы такое пили? — заинтересовался Мейсон.

— Опыта набираешься? — Джексон подмигнула напарнику и повернулась к Шивон: — Хочешь почту нам подсунуть? — Она кивнула в сторону конверта.

— Можешь отвезти? Это в судебную экспертизу в Хоуденхолле и передать, если удастся, в собственные руки вот ему. — Шивон похлопала по конверту там, где значилось имя Даффа.

— Вызовов немного, а крюк небольшой.