Я стал передвигаться по крыше, чтобы проследить за потоком машин, покидающих город. А вот там, совсем в другой стороне, среди леса на холмике стояло очень красивое здание, окруженное высоким кованым забором. Точно такой же оградой окружен дом Драски.

«Похоже, мы нашли, что искали», - проснулся волк в моей голове с таким именем, что рыдать хочется.

Я набрал номер Крылова.

- Да, - ответил парень, видимо курил на ходу. - Прикинь, что раскопал…

- Клиника Драски на выезде из города находится?

- Точно из того самого района.

- Странное здание со стеклянными куполами.

- Ага… Офигеть!

- Вот тебе и «ага», - вздохнул я. - Что нарыл?

- У Драски в клинике работает бывший ФСБшник, а так как бывших ФСБшников не бывает, думаю, мы на правильном пути.

- Вряд ли Драски связан с государством.

- Правильно, не связан. Краповский Борис Эдуардович  был выдворен из органов десять лет назад, не прошел психиатрическую экспертизу. И кто его подобрал?

- Драски, - ответил я, усмехаясь. - Хреново дело.  У тебя на хвосте скорее всего столичные спецслужбы сидят. И этот мудила непрост. А ты светишься, как солнце, бля. Давай-ка ко мне переезжай, без кольца и соплей.

Ко мне подошла Мари, и я обнял её, прижав к себе посильнее.

- Я не могу, - рассмеялся Егор в трубку, -  у меня Буча. Бабуля собачку свою оставила на время. Пельмень на лапках, настоящий дворянин. Выгуливать надо.

- Под Богом ходишь, парень, - вздохнул я, понимая, как опасна ситуация.

- Как говорит моя бабушка, под Богом ходить никогда не страшно.

12

Мари

Я оперлась на протянутую крепкую ладонь, и аккуратно спустилась с чердака, стараясь нигде не обтереться новой дубленкой.

Чудесной, мягкой, невероятно легкой. С пушистым, светлым, мехом на капюшоне. Очень дорогая вещь, до сих пор неудобно, что приняла ее в подарок от Данила. Это не в моих правилах совершенно, я всегда отказывалась от таких предложений. Не сказать, что меня баловали ими, но бывало. Все же в сфере искусства работаю, у нас нравы посвободнее. Мои коллеги, кто понапористей и понаглей, уже давно пользовались всеми благами публичности.Филармония не ночной клуб, но у нас бывала элита города, свои ценители. При мысли о ценителях сразу вспомнился утренний приватный концерт, и мороз по коже продрал. Нет уж. Точно нет. Хотя заплатил очень хорошо. Еще бы парочку таких выступлений, и ... Но нет. Очень уж страшный был этот человек, слишком взгляд тяжелый.

Да и Данил как-то очень уж серьезно расспрашивал о нем. Я, правда, так и не поняла, какое отношение он и его друг имеют к моему сегодняшнему заказчику, и слишком волновалась, чтоб спросить. Цели их расследования мне были, в принципе, понятны, но казались какой-то детской игрой. Что-то вроде ролевых забав, казаков-разбойников.

Я вообще последние сутки особо не соображала.