Когда еще не знала меня, мудака, с такой неприглядной стороны, когда принимала за веселого горячего парня, которому доверилась. Потому что она мне доверять должна и дальше. Нет без доверия истинной пары.

«Ты всё исправишь? - это волк в моей голове со своей тревогой вылез, - мне без пары совсем плохо будет""

«Не  тебе одному», - мысленно ответил я и  тяжело сглотнул.

Марианна опустила глаза, полные тоски, еще раз дернулась, стараясь высвободиться, уже как-то обреченно, без надежды. Так, еще чуть-чуть - и я, похоже, насильником в ее глазах сделаюсь. Зверем. Я, конечно, зверь и есть, но не с ней. И не сейчас. Хрен с ним, с допросом с пристрастием. Потом все выясню. Без пристрастия. А пока...

Снег под коленками был уже по-весеннему липким и приставучим, джинсы промокли на раз. Но плевать. Так же, как и на чуть не вылетевшие из орбит глазенки журналюги, не ожидавшего от меня такого демарша. Главное, что она на меня смотрит не с брезгливостью и ужасом. С удивлением возмущенным, конечно же, но уже прогресс!

- Прости, - прошептал, как можно нежнее, смиряя грубость голоса, а руки все не мог от нее убрать, так и держал за талию, прижимал к себе, дурел от запаха. Даже если она как-то с этим уродом связана, похер! Моя! Моя она! Зверь во мне подвывал согласно, как в прошлую их встречу, махал хвостом и склонял лобастую голову под ласку маленькой ладошки. - Я тогда с ума сошел совсем. Не смог сдержаться. Как зверь себя повел. Простишь?

Мари, стыдясь, косилась на Егора, пыталась заставить меня встать, шептала тихо умоляюще:

- Ты что... Встань немедленно... Встань... Ну же...

-Пока не простишь, не встану, - твердил я, бессовестно шантажируя и  только  плотнее прижимаясь, вдавливал лицо в мягкий животик, уже перебарывая возбуждение. Не будь здесь лишнего наглого пацана, утащил бы девочку в лесок... И плевать, что холодно. Согрел бы. Ух, как согрел бы!

- А что натворил-то?  - а вот и он, персональный обламыватель моего кайфа. Любопытный, бля. Чрезмерно. Сейчас покажу, как лезть, куда не просят.

Но мальчишка и сам понял, что не вовремя вякнул, даже рычать не понадобилось. С одного взгляда просек. Реакция есть. Может, и выживет.

А вот Мари вспыхнула и чуть не заплакала. Я вынужден был вскочить и укрыть её. Спрятать под полами своей куртки от этого мира и от своего поганого поведения.

-Прости, прости, прости. Ты мне нужна.

Уткнулась мне подмышку и все-таки заревела. Пришлось ещё сильнее прижать к себе и гладить, гладить по спине.

А потом так и не сдержался, поцеловал, силой практически раздвигая припухшие от слез губки, удерживая от слабых попыток соблюсти хоть какую-то дистанцию. Никакой дистанции между нами не будет, маленькая. Никогда уже. И сладко, так сладко целовать ее было, что заурчал, как большой кот, от переизбытка эмоций.