Она сегодня не похожа на голозадую амазонку, которая меня оседлала совсем недавно в моей машине. Мстительница, блин. Сегодня она совсем другая. Дорогой костюм, сдержанный макияж. Волосы собраны в гладкую прическу. Идеальная жена успешного мужа. Без топора и жажды мести.

– Вы ошиблись, – хмыкнула эта стервоза и улыбнулась так, что аж у меня челюсть свело. – Меня зовут Маргарита.

Она поставила поднос с напитками на маленький столик и протянула мне тонкую холеную руку. Для поцелуя протянула, мерзавка.

– А я думал Аспидистра, – хмыкнул я тихо, прислушиваясь к трепу Альбинки и Сергея. Они так увлечены обсуждением перспектив в строительстве кластера, моего кластера, что ничего вокруг не слышат. – Так значит муж прощен? Я думал у вас запала то побольше. Вам хватило топора в капоте? Мелковато. Или вы все таки нашли ангела мести, который не был столь щепетилен?

– Вы… Не ваше дело. Ясно? – прошипела пупс. Улыбка к ее лицу будто приклеилась. – И попробуйте только… В общем помните, что я вам обещала про лоб и топор.

– Ужасно страшно, пупс. Я трепещу, – она злится. Ноздри раздувает, того гляди лопнут. – Кстати, тебе идет красный цвет. Щеки сейчас треснут. Ты уж поосторожнее.

– Ты… Вы…

– Василий Георгиевич, вы любите Узо? – я нехотя отпрянул от ведьмы. Черт, когда этот хмырь успел оказаться так близко? – Ритуля принесла одну порцию, знает, что на любителя напиток. Но, я готов уступить.

– Нет, – как-то уж слишком истерично взвизгнула пупс, но тут же взяла себя в руки и снова расплылась в улыбке. – Милый, не стоит угощать гостей этой вонючкой. Сережа в Греции пристрастился, ему для здоровья полезно. У мужа язва застарелая, говорят ее даже полезно поливать анисовой настойкой. Пахнет вкуснятина микстурой от кашля, редкая гадость. Я вам виски принесла. А вашей даме ликер.

– Застарелая язва? – я посмотрел на эту язву насмешливо. Она шутку поняла, но не оценила, судя по пылающему адскому пламени в ее глазах.

– Плов будет готов через полчаса примерно, – слишком быстро она себя в руки берет. Просто железная леди. И она его не простила. Ну не могла она.

– Мы, тогда в баньку успеем. Василий, можно же без отчества? – я почти не слышу, что там мне говорит прекрасный семьянин. Чертова баба, двигается как ведьма, и все в ней от чего-то будит во мне что-то темное. И в гостиницу я не хочу уже. Я хочу плова гребаного и… – так вы согласны?

– Конечно, – киваю я. Интересно на что я согласился?

– Вот и прекрасно. Девочки тут посплетничают о своем о женском. А мы обсудим наши дела в баньке. Я с утра приказал садовнику растопить. Рита прекрасные веники сделала. Сама. И настои травяные. Руки у нее…

О,черт. Баня. Я ненавижу эти посиделки огненные, баню терпеть не могу.