Самое удивитедьное, что ни какой паники у штабистов не наблюдалось, скорее любопытство — очень многие вышли на улицу, и повернувшись в сторону боя, громко переговаривались, энерично размахивая руками. И никто из них не обратил должного внимания на подходившую колонну наших «штугов» и трофейных танков.

А что?, это нам пожалуй сильно на руку.

— Прикажите всем орудиям сменить боеприпас на шрапнель. Как только будут готовы — начинайте товарищ начарт!

Оглушительно, выбивая весь воздух из легких, единым залпом открыла огонь моя артиллерия. Даже стоя за своей командирской машиной, я получил свою долю грохота и ударной волны. Наблюдая в бинокль за немецким штабам, увидел как четко над скоплениями солдат и офицеров начали с негромкими хлопками разрываться шрапнельные стаканы.

Но никто еще ничего не успел сообразить, как многие из них начали падать на землю изломанными куклами. После трех залпов шрапнели, артиллерия перешла на осколочно-фугасный боеприпас и среди стоящих на выгоне автомобилей выросли столбы разрывов…"

"Через некоторое время, мое внимание привлекло новое событие — передовой взвод наших 'четверок’обстрелял неизвестно откуда выскочивший пушечный бронеавтомобиль. Промахнувшись первым выстрелом, броневик попытался скрыться за улом какого-то строения, но орудие одного из наших тяжелых танковуже было заряжено, и немецкому экипажу очень сильно не повезло. Близкий взрыв крупнокалиберного снаряда, словно пушинку подбросил и перевернул броневик. Осколки с ужасающим скрежетом и визгом пробили в нескольких местах броню борта и днища. Перевернувшись по инерции несколько раз, бронеавтомобиль наткнулся на угол и застыл в таком положении, только медленно крутилось единственное чудом уцелевшее правое переднее колесо. Экипажа не видно и не слышно. Похоже, для них es ist vorbei, это если литературно на языке Гейне, а по русски — полный пиз##ц!

Расположение немецкого штаба было все в отблесках горящих машин и вскипающих в разных местах фонтанов взрывов, с мелькающими то тут, то там фигурками в форме мышино-серого цвета, и напоминал муравейник, разоряемый охочим до вкусного деликатеса медведем. Казалось бы хаотичное движение людей, но на самом деле каждый из них как говорил Суворов «знал свой маневр». Зенитчики из роты ПВО по-хозяйски осматривали «эрликоны» и вовсю трофеили боезапас к ним, связисты дружно сматывали полевой кабель, водители из резерва присматривали себе машины и тягачи… Весь личный состав был занят нужным делом.

Две группы разведчиков подвели ко мне по человееку, один был в нашей форме, правда необычной, другой был немец в невысоком но офицерском чине. На обшлаге рукава была лента со словами на немецком: Panzer-Propagandakompanie.