Капитан пехотинец, старший лейтенант и судя по всему младший политрук, так как на его рукаве была красная звезда с серпом и молотом и еще один политрук с фотоаппаратом на шее. В стороне стояло еще несколько незнакомых красноармейцев и кто-то лежал на носилках.

— —Исполнение приговора трибунала за преступление против мирного населения.

— —И кто же вынес приговор и за что?

— —Я вынес! А за что, видите вот это? — и я показал ему на почти три десятка свежих могил — это все мирное население, которое эта нелюдь убила ради своей забавы.

Кулаки капитана непроизвольно сжались, но в этот момент в разговор влез младший политрук.

— —Товарищ капитан, это все равно не дает вам право на вынесение приговора и тем более такого.

— —А вы, товарищ младший политрук объясните это им — и я указал сначала на могилы, а потом на еще толпившихся возле нас беженцев. — Вы думаете это единичный случай? К сожалению это не так и добиться соблюдения противником цивилизованных правил ведения войны можно только ответным террором! Только осознание того, что за свои преступления они будут наказаны самым жестоким, я не побоюсь сказать изуверским способом, может заставить их соблюдать правила ведения войны. Мы для них, по словам этого урода всего лишь люди второго сорта, рабы с которыми можно делать все, что угодно. Пора вам снять с себя розовые очки и понять, что война, это грязная и кровавая работа, а эта — тем более!

Политрук опешил от такой отповеди, но капитан видимо не испытывал такого возмущения моими действиями.

— —Кто вы такие? — Наконец поинтересовался он.

— —С какой целью интересуетесь? Предъявите свои документы капитан.

Внимательно их изучив,и убедившись что это не диверсанты, предъявил капитану приказ комкора о подчинении мне всех частей, подразделений и отдельных военнослужащих. — Я смотрю у вас раненный?

— —У вас врач есть? С нами раненый батальонный комиссар.

— —Конечно есть."

"Политрук с фотоаппаратом на шее оказался военным корреспондентом газеты «Правда». Когда я это узнал, то обрадовался, такой человек может быть нам очень полезен. Как только мы отправили раненого батальонного комиссара к нашему пилюлькину, то я сразу же насел на корреспондента, буквально заставив его сделать несколько снимков посаженного на кол пилота. Вот он сидит крупным планом с табличкой на шее, вот он на фоне могил беженцев и с дальнего ракурса. Что бы до этих нелюдей дошло, нужно наглядное пособие, да и контрпропаганда нам тоже не помешает, а значит надо документировать их зверства и наш ответ на них.

Как потом мне доложили, доктор осмотрев его вынес вердикт — немедленная операция или он ни за что не ручается.