Прошло два дня с тех пор, как Филиппа Бальфур, которую родители и друзья звали просто Флип, пропала. Два дня — срок небольшой, но исчезновение ее было очень странным. В тот день друзья позвонили Флип домой около семи вечера, чтобы уточнить, сможет ли она встретиться с ними через час в студенческом квартале Саут-Сайд в одном из небольших, ультрамодных баров, которые в годы недавнего экономического роста во множестве появились в окрестностях университета. Основой их процветания служили скудное освещение и непомерные цены на ароматизированную водку. Ребус знал это, так как несколько раз проходил мимо этого бара по дороге на службу и обратно. Практически рядом с баром находился старомодный паб с водочными коктейлями всего по полтора фунта за порцию, зато там не было таких красивых стульев в стиле «техно-модерн», да и персонал, способный квалифицированно разнять пьяную драку, почти не ориентировался в коктейль-меню.

Примерно между семью и семью пятнадцатью Флип вышла из дому. В это время Тина, Трист, Камилла и Альби пили уже по второму коктейлю. Ребус заглянул в досье, чтобы освежить память: Трист — это Тристрам, а Альби — Альберт. Трист был с Тиной, а Альби с Камиллой. По идее, Флип должна была появиться в баре с Дэвидом, но, как она сказала друзьям по телефону, ждать его не стоило. «Мы опять поцапались», — объяснила Филиппа, причем, по свидетельству тех же друзей, по ее голосу нельзя было сказать, чтобы она была очень сильно расстроена."

"Выходя из квартиры, Филиппа включила сигнализацию. Для Ребуса это было внове — ему еще не приходилось сталкиваться с сигнализацией в студенческих квартирах. Затем она тщательно заперла не только автоматический накладной, но и врезной замки и, спустившись со своего второго этажа вниз, вышла из подъезда и растворилась в теплых вечерних сумерках. От Принсес-стрит ее отделял довольно крутой холм. Еще один холм ей нужно было преодолеть, чтобы попасть в Старый город — в студенческий квартал Саут-Сайд. Вряд ли Филиппа отправилась туда пешком, однако среди звонков с ее домашнего и мобильного телефонов не было ни одного номера, который соответствовал бы номеру городской службы вызова такси. Следовательно, если она и взяла машину, то, скорее всего, остановила ее прямо на улице.

Если, конечно, успела остановить.

— Так вот, сэр, я этого не делал, — сказал Дэвид Костелло.

— Чего именно? — не понял Ребус.

— Не убивал ее.

— Никто и не говорит, что ты убил…

— Не говорит?… — Молодой человек снова поднял голову и посмотрел Ребусу в глаза.

— Нет, — уверил его Ребус. В конце концов, успокаивать подозреваемых было частью его работы.

— Но ордер на обыск… — начал Костелло.

— В таких делах это обычная процедура, — объяснил Ребус.