Лишь иногда она говорила мне, где притормозить, потому что опасно, а где свернуть, чтобы срезать.

Дом Астафьевых встречал нас тишиной. Я, наверное, должен был пойти прямиков в свой флигель. Увидеть дочку, которую три дня не видел, но Яська выглядела такой растерянной, что я пошел вслед за ней. Нас никто не вышел встречать. Наверное, все спали. Осознав это, Яна, кажется, даже вздохнула свободней. Нервным жестом вытерла взмокшие руки.

— Пойдем, что ли, кофе выпьем, — шепнула она, кивком головы зазывая меня в кухню. Стараясь не шуметь, мы прошли через коридор и уже у самой лестницы, ведущей на второй этаж, заметили примостившийся в углу чемодан. Небольшой, оттого в глаза не бросающийся. И почти тут же распахнулась дверь, ведущая в кухню.

— Мама?

— Яська? Привет!

— А ты куда собралась? — подозрительно сощурилась Яна, глядя то на мать, то на чемодан.

— Не знаю… — развела руками женщина. Устало растерла виски и еще раз повторила: — Не знаю. Может быть, ты меня приютишь, пока я соображу, что дальше делать? А, Ясь?

Глава 19

Дождь лил, не переставая, уже неделю. Работать в таких условиях было совершенно невозможно. Но я все равно пытался использовать любую возможность поснимать, ведь у меня было задание, которое нельзя было провалить. Ну, может быть, и можно… в конце концов, не я заказывал погоду. Если бы только не одна моя заморочка. Дело в том, что я просто не умел подводить людей. Эта функция напрочь отсутствовала в моем организме. И меня это полностью устраивало."

"Порыв ветра налетел, сбивая с листьев клена холодные капли дождя и отправляя мне их прямо за воротник. Я поежился и опустил камеру. С утра мне удалось снять несколько отличных кадров, и, наверное, можно было позволить себе расслабиться. Тем более что выше в горах опять гремело. Сложив в чехол свой Nikon и собрав штатив, я отключил авиа-режим в телефоне. Я выбирал его каждый раз, когда работал, чтобы не разряжать батарею бесконечным поиском сети. Взвалив на плечо аппаратуру, я начал спуск к УАЗику Валентина Петровича, который оставил чуть ниже по склону. Уже который день Яськин отец рвался сопровождать меня в моих походах, но до этих пор мне удавалось отлынивать от его услуг. Ни на какие дальние рубежи, где мне мог бы понадобиться проводник, не было смысла ехать из-за погоды, а на ближних… на ближних мне хватало и Яськи.

Да ладно! Кого я обманываю? Только её я и хотел видеть рядом.

К счастью, пока Валентин Петрович приходил в себя после ранения, у нас с Яной имелся отличный повод держаться вместе. Но с каждым днем её отцу становилось все лучше. Я старался не думать о том, что будет, когда тот поправится полностью. В моей голове вообще творился сущий бардак. Я как будто ходил по минному полю.