На горизонте показалась цель всего их путешествия — известный своей уникальностью вулкан. Все знаменитые вулканы тем и прославились, что просыпались внезапно и буквально стирали с лица земли целые поселения людей, которые безмятежно обосновались у подножья дремлющего исполина, не подозревая, что работают, веселятся, даже зачинают детей буквально на пороховой бочке. Этот же вулкан извергался с периодичностью хорошо отлаженного маятника, раз в четырнадцать лунных месяцев. Предприимчивые люди из туристического бизнеса не преминули воспользоваться таким уникальным шансом. Разумеется, произошло это сравнительно недавно. Раньше туристы вполне довольствовались отдыхом на берегу теплого моря и осмотром достопримечательностей самых знаменитых городов мира. Теперь, когда число состоятельных граждан неизмеримо выросло и некоторым из них успели изрядно поднадоесть пляжи с достопримечательностями, каждый новый объект вероятного паломничества стал цениться на вес золота. Тем более вулкан. Ну где еще увидишь и тем более заснимешь на собственную камеру извержение настоящего вулкана?"

"Но поначалу галдели скорее разочарованно. Чему радоваться, если картина выглядела более чем скромненько. Стоит горушка и лениво, даже натужно, выдавливает из себя жиденькие ручейки лавы, которые исчезают в густой растительности, едва вырвавшись из кратера. Кстати, насчет флоры. Когда дирижабль приблизился к вулкану на минимально разрешенное расстояние, Марципанову подумалось, что их нагло обманули. Разве может так пышно укрывать склоны горы растительность, если ее ежегодно уничтожает раскаленная лава? Оказывается, может, если дело происходит в тропиках, где щедро светит солнце и обильно льют дожди. В этом Игорь Леонидович вскоре убедился.

Ему вдруг показалось, что склоны вулкана содрогнулись, а жерло развалилось на части. Раздался оглушительный грохот, из кратера взметнулся вверх сноп огня. Все произошло так неожиданно, что часть туристов испуганно вскрикнула, а другие, напротив, разочарованно вздохнули. Они не успели снять произошедшее на камеру.

— Ты не проспал? — повернулся Марципанов к своему спутнику, в чьи обязанности входило запечатлевать все происходящее на пленке.

— Обижаете, Игорь Леонидович. Я фиксирую каждый момент с самого начала, — отозвался тот.

— Лучше сейчас обидеть, чем потом лапу сосать, — с напускной суровостью отозвался Марципанов, хотя на самом деле он был доволен расторопным помощником.

Тем временем извержение набирало обороты. Лава уже текла по склону не жидкими ручейками, а разъяренной рекой. Словно ребенок великана баловался огромными фломастерами. Яркие зеленые цвета он замазывал полыхающим красным, а потом, выждав какое-то время, затушевывал все черным и серым.