Жили мы с девочками далеко от набережной, так что, где располагалась эта гхаррова гостиница, я понятия не имела. Конечно, ни в какую «Тарлинскую звезду» в полночь я не собиралась. Но уведомить об отказе «старого» Кольта не было никакой возможности…

«Я девушек вашей профессии в своем доме не принимаю». Тьфу!

Пожалуй, ему будет полезно прогуляться в полночь до набережной. И обратно.

Глава 6

Я подскочила с первыми лучами, едва бледное солнце центрального Эррена лизнуло крышу соседнего дома. Лисс уже вернулась и теперь самозабвенно похрапывала, отдыхая после смены. В стеклянном ящике для магической почты одиноко бился голубой конверт – он-то меня и разбудил.

Игнорируя призывы тела еще немножко полежать, я поднялась с постели. Ноги гудели, равно как и голова. Вчерашняя прогулка по вечернему Тарлину выпила остатки сил и отдалась ноющей болью в пояснице.

А еще я целую ночь провертелась в безуспешных попытках заснуть. В мысли нагло влезали варховы зеленые глаза. То насмешливые, то обвинительно-строгие. Они преследовали с полуночи, и договориться полюбовно, чтобы меня оставили в покое, никак не получалось. Если так выглядела совесть, право слово, образ она выбрала не самый располагающий.

Зеленоглазый кошмар промучил меня до самого рассвета. Словно мстил за пустовавшую гостиницу на набережной! Но я ведь не дала согласие? Хотя, конечно, стоило оставить стражу записку и как-то обозначить свой отказ…

Штамп на конверте был знакомый, тарлинский. Внутри обнаружилась пухлая пачка йоргенов – сплошь голубые сотенные купюры.

Я нервно сглотнула: Регина очень дорого оценила свою тайну. На эти деньги мы с Алиссой и Мег могли бы перебраться из заплесневелой комнатушки в центре куда-нибудь на окраину. И безбедно жить там как минимум полгода.

«В ваших услугах мы более не нуждаемся. Письмо с рекомендацией прилагаю. С наилучшими пожеланиями, Стерв Р.»"

"Формально, сухо, без секундного проявления слабости… В этом была вся Регина.

Я вытащила небольшую карточку, рекомендовавшую меня как превосходного специалиста, и вложила йоргены обратно. Заклеила конверт и наскоро оформила возврат.

Минуту спустя письмо растворилось в фиолетовой дымке почтового ящика. На душе сразу стало спокойнее. Родители не зря учили меня никогда не брать того, чего не заработала.

Алисса во сне улыбалась и накручивала на палец рыжий завиток. Похоже, нынешнее дежурство прошло удачно.

Я погладила подругу по мягким волосам, гадая, насколько далеко они зашли в их странных, временами болезненных отношениях… При всей своей болтливости, в том, что касалось «того самого хирурга», Лисс была крайне закрыта. Я даже начала подозревать, что он несвободен, и потому ее так лихорадит от каждой встречи и последующего расставания.

Я верила в любовь.