Будь на моём месте другой одарённый и вполне возможно, что он промахнулся бы, но благодаря предвидению, которое успел перевести в боевой двухсекундный режим, я уже не промахнулся из штуцера, и сейчас знал в какую сторону кинется птицеед.

Знать и попасть чётко по месту не совсем одно и то же. Предвидение, которое я на автомате кастовал безостановочно, говорило о том, что я не просто не промахнусь, но и вгоню руны точно в широкую грудь. Однако этот огромный подвижный комок перьев, под которыми угадывалось мощное и ловкое тело, умудрился всё же увернуться.

Льдисто-голубой росчерк проломившись сквозь защиту ударил птицееда в правую лапу.

Не смертельно, но болезненно. Он припал на раненую конечность, пропахав мордой и клювом по пожухлой траве, уже изрядно сдобренной молодой порослью. Окрестность огласил дикий рёв, полный не столько боли, сколько ярости. Мгновение и он вновь ринулся на меня, сильно прихрамывая, но от этого не менее стремительный.

«Ловчая сеть»! Без понятия как у него с рангом. Судя по тому насколько легко я проломился сквозь его защиту, не очень. Зато с массой и физической силой полный порядок.

Потому что руны на целых пятнадцать единиц продержались не более пары секунд. После чего он вновь яростно взревел, распрямился встав на задние лапы и в торжестве развёл передние.

— Показушник. — Бросил я, глядя ему в грудь, чтобы не встретиться взглядом и не попасть под ментальную атаку.

Хм. А вот интересно я это птицееду адресовал или к себе самому. Кто из нас сейчас тут выпендривается, он или я. С ним всё понятно, вырвался из «Сети», показал свою силу и привлекает к себе внимание, чтобы встретиться взглядами. А я-то что творю?

Мысль пронеслась в голове и умчалась прочь.

В следующее мгновение с моей руки сорвалось очередное «Копьё», впившееся в грудь птицееда. Он поперхнулся собственным рёвом, вздрогнул и замер, словно проглотил лом, после чего с глухим стуком рухнул мордой в траву. Я подспудно ожидал, что земля вздрогнет принимая такую массу, но ничего подобного не случилось.

— И снова здравствуйте, Сильвестр Петрович. — Не смог я сдержать иронии, когда изображение на карте ожило.

— Только не говорите, что спеленали очередного ящера. — Хмыкнул комендант.

— С ящером не задалось.

Но у меня имеется труп обратившегося птицееда. И если вы отправите мне в помощь Родиона Сергеевича с соответствующей посудой для консервации трофеев, то я готов ограничиться только его сферой и шкурой с головой.

— Вы сейчас шутите? — недоверчиво спросил Иевлев.

— С чего бы мне заниматься такими глупостями? Я совершенно серьёзен. И если можно, то поспешите пожалуйста, потому как переправить через портал мы его не сможем, ибо слишком тяжёл. Так что, разделывать его придётся на месте.

— Я вас услышал.