Перестаю соображать, превращаюсь в комок ощущений и желаний, мои стоны эхом раздаются по комнате, я сейчас улечу. Не замечаю, когда он раздевает меня полностью, коленом раздвигает мне ноги и вводит в меня палец, проворачивает внутри несколько раз, добавляет второй, меня прошибает, словно током, он смотрит мне в глаза, в его я вижу дикую похоть и страсть. Что он во мне вытворяет пальцами! Я сейчас сойду с ума! Он видит, что я на грани, вынимает пальцы и резко входит в меня до упора.

— Даа! — выгибаюсь навстречу, он двигается в такт мне, я впиваюсь ногтями в его спину, и обвиваю его ногами, он наращивает темп, я начинаю двигаться еще и еще быстрее:

— Сумасшедшая! Сбавь обороты — выходит из меня.

— Неет, — протяжно скулю.

— Конечно, нет, встань на колени. — он переворачивает меня, снова входит, дразнит медленными толчками.

— Алаан!

Он ускоряется, двигается грубее, резче, переходит на максимальный темп, и я кричу, вою, схожу с ума. Меня накрывает сильнейшим оргазмом, Алан выходит и кончает мне на ягодицы.

В комнате тишина, я лежу к нему спиной, в его сперме и лучше мне не было никогда.

— Ты живая? — слышу хриплый голос. Поворачиваюсь к нему, промокая спермой простынь, но мне все равно.

— Ты нереальный, Захаров! — в голове сейчас нет проблем, ревности, сомнений. Есть только эта комната, только мы и здесь спокойно и хорошо.

Алан улыбается, в его глазах я вижу то же, что чувствую сама.

— Вишнякова, ты вишенка на торте. Было сногсшибательно и вкусно.

Я ложусь ему на плечо и утыкаюсь в шею, он обнимает.

— У тебя нет сигарет?

— Я же не курю.

— Я тоже редко, в основном, когда очень плохо или когда очень хорошо. Сейчас бы затянулся. А сигареты в машине. И презервативы, кстати, тоже.

Я поднимаю на него глаза:

— Как ты вовремя вспомнил. Если беспокоишься о детях, то у меня спираль стоит. А если еще о чем-то, то с прошлым у меня все в порядке.

Алан изучает мое лицо, потом обхватывает мою талию, резко переворачивается вместе со мной и нависает сверху.

— Почему ты не пришла в кафе?

— Ммм, а если я не хочу об этом говорить?

— Я хочу об этом говорить. — его, не терпящий возражений тон, не оставляет мне выбора.

— Ответь мне сначала на один вопрос.

— Задавай.

— Кто та девушка, к которой ты уехал тогда ночью?

— Моя сестра.

— Какая сестра?

— Аня, дочка тети Тамары. Учится в Европе, приехала среди ночи, сюрприз хотела сделать. У нас в Москве бабушкина квартира, я там сделал ремонт, семья пользуется по надобности, ключи есть у всех. Только у Ани ключ не хватило ума проверить, не тот взяла. Пришлось ехать забирать.

Я слушаю и понимаю, какая я дура. Что я себе напридумывала? По-видимому, это понимает и Алан.

— Ты что к Аньке приревновала? — он садится на кровати и начинает хохотать. Я тоже сажусь.