Там вам подтвердят. Я ведь известная в округе пьяница, разве не так?

— Куда вы ходили сегодня после обеда?

— Гуляла.

— И куда вас привела ваша прогулка?

— Даже не знаю. Кажется, в какой-то бар.

— Нет.

Она пошатнулась, и Мегрэ в конце концов стало ее жаль.

Он встал.

— Я сейчас позову вашу горничную, и она уложит вас в постель.

— Я не хочу в постель.

Ее, казалось, пугала такая перспектива. Натали находилась в состоянии ужаса, вывести ее из которого было невозможно.

— Тем не менее я отпускаю вас.

— Нет. Останьтесь тут. Я предпочитаю, чтобы вы уж лучше были тут. Вы что-нибудь смыслите в медицине?

— Ничего.

— Дайте вашу руку."

"Она приложила его руку к своей груди: сердце билось сильно и быстро.

— Вам не кажется, что я могу умереть?

— Нет. Как зовут вашего врача?

— Его я тоже не хочу видеть. Он упрячет меня в больницу. Это очень злой человек. Он друг Жерара.

Мегрэ перелистал справочник и нашел фамилию врача, который жил в двух шагах отсюда, на Лилльской улице, и его телефон.

— Алло… Доктор Блуа?.. Это комиссар Мегрэ… Я у госпожи Сабен-Левек… Она очень неважно себя чувствует, и мне кажется, ей было бы необходимо вас увидеть.

— Вы уверены, что она не разыгрывает комедию?

— Это уже не раз случалось?

— Да. Если, конечно, она не напилась до полусмерти.

— Сегодня, скорее, это…

— Сейчас буду.

— Он опять будет делать мне укол, — ныла Натали. — Он мне их всегда делает, когда приходит. Это кретин, который думает, что он хитрее всех на свете… Не уходите. Не оставляйте меня с ним одну. Это злой человек. На свете так много злых людей, а я совершенно одна. Понимаете, совершенно одна…

Она начала плакать, не вытирая бежавших из глаз слез. Из носу у нее потекло.

— У вас есть платок?

Она отрицательно покачала головой, и Мегрэ, как ребенку, протянул ей свой.

— Только не позволяйте ему отправить меня в больницу. Я не хочу туда ни за что на свете.

Помешать ей пить было невозможно. Она внезапно хваталась за рюмку, и уже через мгновение та была пуста.

Раздался звонок в дверь, потом Клер ввела очень высокого мужчину атлетического сложения, который, как позже стало известно Мегрэ, когда-то играл в регби.

— Счастлив с вами познакомиться, — проговорил он, пожимая комиссару руку.

Он равнодушно взглянул на Натали, которая, застыв, с ужасом смотрела на него.

— Ну что, как всегда? Пойдемте к вам в комнату.

Она попробовала сопротивляться, но он взял ее за руку, не выпуская из другой свой саквояж.

— Господин Мегрэ, не разрешайте отправить меня…

Клер шла за ними следом. Комиссар не мог придумать, чем ему заняться, и в конце концов уселся в кресло в большой гостиной, через которую должен был пройти врач.

Все произошло значительно быстрее, чем он предполагал. Доктор вышел — на лице его было написано такое же равнодушие.