Мне всего этого не хватало в моем детстве, и живя в детдоме я всегда мечтал, что в будущем у меня обязательно будет большая семья.

Но моя будущая жена категорически против этого…

Вот такой парадокс: она перенасытилась семьей и теперь хочет пожить для себя, а у меня — наоборот.

Из тостера выпрыгивают два ломтика хлеба, отвлекают меня от мыслей.

Ставлю на стол две чашки с кофе, зову Элю на завтрак и достаю из кармана халата звонящий телефон. Сердце пропускает удар:

«Самарин», — светится на экране.

Пока Эля умывается в ванной комнате, отвечаю на звонок.

— Слушаю, Богдан.

— Денис Алексеевич, доброе утро! Я нашел адрес этой Анны и кое-какие данные о ней. Отправил вам на е-мейл. Если еще что-нибудь от меня понадобится, дайте знать.

— Спасибо за оперативную работу.

Скидываю звонок, быстро захожу в мобильную почту.

«Румянцева Анна Дмитриевна, 29 лет, девичья фамилия Павлова. В период с 2016 по 2020 год работала преподавателем английского языка в школе, уволилась по собственному желанию и в данный момент числится безработной. Замужем за Румянцевым Максимом Александровичем, менеджером в страховой компании. Проживают по адресу: р-н Внуково…»

Выхожу из почты, набираю номер одного хорошего приятеля и уже через пару минут мы договариваемся о проведении экстренной ДНК экспертизы.

* * *Аня

Сердце до сих пор колотится так сильно, словно я только что пробежала марафон.

Смотрю на мужчину, сидящего за столом, нервно тереблю в руках салфетку и отчетливо понимаю: здесь не нужна никакая ДНК экспертиза, и без нее все понятно — Данечка его копия: глаза — маслины, смуглая кожа, слегка вьющиеся темные волосы, высокий лоб.

«Я приехал за сыном», — троекратным эхом раздается в голове, и от этих слов снова кидает в жар.

Я с трудом уговорила его подождать, когда проснется Даня. Проводила в кухню и рассказала все по порядку: с того момента, как сестра узнала о беременности, и до того момента, как я стала матерью своему родному племяннику. Рассказала, как мы с мужем любим Даню, как заботимся о нем и даем все самое необходимое.

— Если экспертиза покажет, что вы отец Дани, умоляю, не забирайте его у нас, — всхлипываю я. — Он живет в семье, где его любят, заботятся, — открываю шкафчик, чтобы выбросить в мусорный мешок салфетку, и оттуда выкатывается бутылка из-под вина.

Чувствую, как щеки обжигает жар стыда, замечаю, как мужчина, сведя брови, смотрит на полупрозрачный пакет с пустыми бутылками, торопливо закрываю дверцу шкафчика и прикладываю руку к груди.

— Вы не подумайте, мы вообще практически не выпиваем, просто вчера… — я хочу сказать, что вчера отмечали мой день рождения и в кой-то веки в нашей квартире был алкоголь, как в дверь настойчиво стучатся.

Иду в коридор и по пути поджимаю губы.

«Блин, блин, блин… Закон подлости, не иначе!..