Я сама их покупаю, живу в коммуналке, соседи орут по ночам, ругаться с ними бесполезно, а беруши воткнешь – и спи спокойно. Вот я их, после того как тело увезли, нашла.
– Где?
– Под ножкой столика, она такая изогнутая, видишь?
Я обернулся. Действительно, под ножку может закатиться всякая ерунда. Только, вероятнее всего, беруши не принадлежали Маше, зачем они ей в бистро? Громкой музыки тут нет, наверное, их уронил другой посетитель. Но если даже затычки Машины, то никакого отношения к ее внезапной кончине они не имеют. Лучше забыть о них и перейти к другим вопросам.
– Можете назвать имена посетителей? Ну, тех людей, что присутствовали в кафе в момент происшествия?
Люся расхохоталась.
– Даже ментам в голову не пришло такое спросить. Я че, даю хавку по паспорту?
– Говорили же вы, что некоторые рядом работают.
– Ну да, лица вроде примелькались, одежда национальная…
– Национальная, – я решил во что бы то ни стало ухватить хотя бы крошечную ниточку, – какая?
– Куртки оранжевые с надписью «Стройка», – вновь развеселилась Люся, – а ты прикольный. Между прочим, я сегодня свободна. Не хочешь красивую девушку в кино пригласить?
– Момент кончины Маши ты не видела? – Я не стал обращать внимания на пассажи Люси.
"– Неа, спиной к залу стояла, Марио сосиску резала.
– А говоришь, имен не слышала! – несказанно обрадовался я. – Кто такой Марио? Где живет? Может, знаешь его телефон?
– Ща познакомлю, – кивнула Люся и скрылась в подсобке, я поерзал на высоком барном табурете с короткой железной спинкой.
Некоторые падкие на модные веяния люди устанавливают дома такую мебель. Навряд ли она кажется хозяевам удобной, но человек готов терпеть и не такое, дабы прослыть «продвинутым».















Комментарии
Добавить комментарий