— Как ты думаешь, сюда больше подойдет сиреневая шляпка или та, с красными цветами и желтыми лентами?

— И что ты ему ответила? — Вейн сцепила руки, ощутив, что они дрожат.

— Еще ничего. Ты же знаешь, что поклонников нужно помучить, прежде чем соглашаться! — Люси резко повернулась, взметнув ворох юбок. — Хотя ты никогда не следуешь моим советам! А вот если бы слушалась умную младшую сестру, Леран уже давно ел бы из твоих рук!

— И куда он тебя пригласил? — резко спросила Вейн.

Люсинда посмотрела чуть удивленно.

— Сестричка, только не говори, что мне еще рано общаться с мужчинами наедине! — воскликнула она.

 — У тебя сейчас лицо, как у мистрис, такое же кислое!

Вейн глубоко вздохнула.

— Люси, тебе и правда не стоит этого делать, — уже спокойно сказала она. — Я поговорю с дером Александром, он не должен никуда приглашать тебя одну.

— Вот этого я тебе точно не прощу! — воскликнула Люси. В голубых глазах блеснули слезы. — Неужели так трудно просто порадоваться за меня? Разве я делаю что-то плохое? Это всего лишь прогулка на склоне! Что предосудительного может случиться? Ты ведешь себя, как ревнивая старуха, Вейнитта!

Вейн снова отвернулась и Люси подбежала сзади, обняла сестру, поцеловала в щеку.

— Вейн, ну не дуйся! Давай, тебе тоже платье выберем? Голубое тебе очень идет, наденешь его на праздник? Вейн, ты меня слушаешь?

— Конечно, Люси, — девушка обернулась и погладила сестру по щеке, тронула ее шляпку, — с лентами будет лучше…

Утром в замок приехали гости: семья из прилегающих земель, друзья Александра, родственники, живущие за озерами. К тому же прислужники накрыли столы для жителей долины, и оттуда потянулись желающие послушать приглашенных менестрелей и отведать запеченного кабанчика.

Так что в Далькотте стало чрезмерно оживленно и шумно, но это оживление было радостным и, поддавшись общему настроению, девушки тоже вышли во двор, накинув на плечи меховые пелерины.

И ахнули. Весь двор оказался украшен желтыми светочами, они мягко сияли в наступающих сумерках, освещая брусчатку, накрытые столы и улыбающиеся лица. В толпе Вейн приметила Александра, который смеялся, слушая долговязого усатого мужика. Леран тоже был здесь и, увидев лейн, пошел им навстречу.

— Вейн, Люсинда! А я уже хотел отправить за вами кого-нибудь!

Под навесом заиграла музыка, там расположились певчие и музыканты, и деревенские, уже отведавшие хозяйского вина, бросились туда, на ходу размахивая руками и подпрыгивая в танце.

— Пойдем, посмотрим! — потянула сестру Люси.

Деревенские выстроились кругом, выхватывая из толпы парней и девушек и хохоча в голос. Задорные звуки музыки манили пуститься в пляс, ноги самой собой отбивали ритм, а губы начинали улыбаться.

— Хочу танцевать! — воскликнула Люси.