– Владимиру удалось очаровать Ленку. Он поселил ее в пансионе «Негреско» и стал поджидать родов. Когда наступил срок, отвез Ленку в клинику под именем все той же Маргариты Онофриенко. Кроме того, он убедил женщину отказаться от ребенка. Вот так Резниченко получили Юру. После рождения сына Владимир полностью потерял интерес к Ленке. А когда та, набравшись смелости, явилась домой к Нелли и устроила скандал, приехал в «Негреско», швырнул девушке в лицо деньги и велел убираться в Киев. Но Ленка не собиралась возвращаться домой, а стала подыскивать место работы. Это страшно не понравилось Нелли, она не хотела получить на шею еще одну шантажистку. Женщина подослала к Ленке двух бандитов. Те как следует припугнули девушку, а потом доложили, что объект на их глазах сел в такси и отбыл в аэропорт. Но стриптизерка перехитрила уголовников. По дороге она дала таксисту адрес подруги Алисы. Приехала к ней, рассказала об обмане, угрожала выбросить Нелли из окна. Вот я и подумала, что наша нянька убила Резниченко, и только ее имела в виду в кабинете у Владимира.

– Ага, – уточнил полковник, – ничего не поняла, сделала выводы и чуть не умерла. Молодец! Просил не лезть не в свое дело. Что еще узнала?

– Больше ничего, кроме того, что Ленка и Роза зачем-то ездили вместе на машине. Причем Роза непонятно почему арендовала автомобиль, хотя ее «Жигули» абсолютно исправны.

– Это как узнала? – изумилась Наталья.

– Да просто. Новая служанка отдала мне вещи Розы, оставшиеся у Резниченко. Владимир поселил любовницу у себя дома под видом няни Юры. В вещах обнаружилась квитанция агентства «Херц».

– Значит, монашка, приходившая за пожертвованиями… – начал Владимир.

– Была я!

– Вот сука! – заорал стоматолог и вскочил на ноги.

– Сидеть! – рявкнули конвойные и дернули мужчину вниз. Тот плюхнулся на диван и закашлялся.

– Как ты, радость моя, приплела сюда вашу няньку? – поинтересовался Александр Михайлович, закуривая.

– Тоже просто. Ленка потеряла в автомобиле перчатку, а я сама подарила эту пару перчаток девушке, там есть одна примета, сейчас принесу.

– То есть ты унесла вещественное доказательство с собой, – тихо уточнил Женя.

– Да, я взяла перчатку.

– Боже, ну и глупость, теперь невозможно доказать, что именно эта перчатка валялась в машине, – заорал Женя. – Категорически нельзя ничего уносить с места происшествия. Даже окурок или конфетный фантик, это же аксиома. Любой адвокат теперь скажет, что перчатку подсунули.

– Но служащая… – начала я.

– Протокол изъятия оформляли? – вздохнул Александр Михайлович.

– Нет, – растерялась я.

– Ну и все, – заключил Женя, – уничтожили улику.

– Умница, – съехидничал полковник, – разобралась во всем.