Ирена сказала, что, если даром не пользоваться, он постепенно потухнет, станет, как у обычной ведьмы, и я решила, что это отличный выход, и старалась сдерживать его, как могла. Но мне противопоказаны сильные эмоции, потому что они всегда приводят к всплескам силы, а последствия этого ужасны. А ещё Ирена сказала, что мне ни в коем случае нельзя влюбляться, хотя бы лет до тридцати, пока дар не успокоится.

– Почему? – с участием спросил Бран.

А я тяжело вздохнула и призналась:

– Любовь – это очень сильное чувство, а близость с любимым мужчиной считается у ведьм одним из видов инициации. После этого дар уже не закроется, а, наоборот, станет максимально сильным. Да, ненависть, злость, раздражение, возмущение тоже провоцируют всплески магии, но с ними я уже научилась бороться. А вот от любви предпочитаю держаться подальше. Боюсь, не смогу удержать мощь собственной силы… и кто-то пострадает. Точнее, – я вздохнула и с горечью добавила, – пострадать может город или даже целый округ. По-хорошему, таким, как я, вообще лучше никогда не влюбляться и ничего не чувствовать. Говорят, есть даже такое заклинание, которое лишает ведьму способности испытывать сильные эмоции. Но оно же лишает и сострадания, сочувствия, жалости, что тоже может привести к катастрофе.

– Всё настолько плохо? – в голосе Брана звучало сочувствие."

"– По легенде, Зафира сошла с ума из-за любви, – пожала я плечами. – Точнее, из-за предательства любимого. Она убила его… и после этого уже не смогла побороть в себе проснувшуюся тёмную сторону, а её дар из созидательного стал разрушительным.

Бран невесело хмыкнул и принялся сосредоточенно ерошить угли в костре. Затем снова подкинул несколько веток, будто эти простые механические движения помогали ему думать. И лишь спустя долгие секунды тишины снова посмотрел на меня.

– Получается, что кто-то узнал о твоём даре и решил забрать его себе, – озвучил он свои выводы.

Я кивнула.

– Думаешь, в Ферсии ты будешь в безопасности? Уверен, там тоже найдутся те, кто решит, что твой дар им нужнее, – продолжил он. – Так есть ли смысл прятаться в республике? Мы с Алексис не сможем всё время быть с тобой. Два-три месяца, и отправимся обратно.

– Там меня научат пользоваться силой, чтобы я могла создать хорошую защиту или постоять за себя, – ответила я, чуть ёжась от ночной прохлады, от которой даже костёр почти не спасал. – Пойми, там у меня есть хотя бы крохотный шанс на нормальную жизнь. Здесь же… меня ждёт вечное затворничество.

– Ясно, – ответил Бран. – Спасибо, что рассказала. Теперь я лучше понимаю, чего нам стоит ждать от твоих преследователей. И уверен, они не остановятся. Если мы справимся с одними, придут другие. Ведь кто-то готов на многое ради получения твоего дара.