Обувалась я уже сама, да и косу тоже заплела самостоятельно. Силы потихоньку возвращались, но происходило это очень медленно. Как только поезд остановился, Оникс подхватил меня на руки и понёс к выходу. Свою большую сумку он повесил через плечо, а мой саквояж подхватила Кетти."

"Когда мы вышли на перрон, состав сразу тронулся с места. Он постепенно набирал скорость, уносясь всё дальше по железной дороге. И только когда последний вагон скрылся из вида, я с полной ясностью осознала, что мы остались одни на забытой богами станции, да ещё и глубокой ночью. Вокруг простирался глухой тёмный лес. Лишь в стороне чернели крыши нескольких строений, а на крыльце одного из домов горел тусклый фонарик. Вот туда-то мы и направились.

– Обхвати меня за шею, – тихо и безразлично бросил Оникс. – Станет удобнее и тебе и мне.

– Это… слишком…

– Обхватывай, леди-недотрога, – бросил он с нотками раздражения. – Тут нет высшего общества, нет никого знакомого. Никто не узнает, что ты посмела обнять какого-то там безродного парня. Мы с Алексис никому не скажем.

– Алексис? Ты второй раз называешь её так. Это её настоящее имя? – проснулось во мне любопытство.

– Да, но ты называй её Кетти. Нам всем нужно привыкнуть к этим именам. Документы сделаны на них. И всё же обхвати меня за шею. Неудобно так нести.

Я не думала, что он ответит на мой вопрос, причём даже без недовольства. Для меня это стало с его стороны большим шагом навстречу. Наверное, потому я и решила сделать так, как он просил, и всё же завела руку за его шею. Оникс чуть перехватил меня, и теперь на самом деле стало намного удобнее, и мне, и ему.

– А тебя как зовут… по-настоящему? – вырвался у меня вопрос.

– Бран, – представился он, а его плотно сжатые губы тронула тень улыбки.

Как только он произнёс собственное имя, меня будто обдало волной лёгкого тепла, приятного и странно уютного. И в этот момент такой большой, сильный и опасный мужчина вдруг стал мне чуточку ближе.

«Бран», – повторила я мысленно.

– Это имя тебе идёт. Оно точно твоё, – проговорила я.

– Думаешь? – почему-то спросил он. – А то у меня были сомнения.

Издевается? Да, совершенно точно издевается. А ведь я пыталась наладить контакт. Поговорить нормально. Но, видимо, у кого-то в крови слишком много яда, и он просто не может не выплёскиваться хотя бы раз в пять минут.

Мы как раз дошли до того самого домика с фонарём, а на крыльце нас уже поджидал седовласый мужчина в седой форме железнодорожной службы. Судя по всему, именно он был смотрителем этой станции.

– Здравствуйте, – милым голоском поздоровалась с ним Кетти. – Подскажите, пожалуйста, как нам добраться до ближайшего посёлка, где мы сможем нанять машину. Невесте моего брата стало плохо. Мы слишком поздно выяснили, что она не переносит поезда.