Моя ученица по-прежнему занималась маленькими детьми и акушерством, тогда как Йен сосредоточился на операциях. Оба нашли свое призвание и путь в жизни.

Дэрин за это время успел набраться ума и стать серьезнее, как и остальные практиканты. Нейт Ойзенберг, видя, как месяц за месяцем его работа приносит все больше результата, больные выживают и благодарят от всей души, а его репутация идет вверх, смягчился и перестал быть невыносимым врединой и занудой. Да, мы все равно иногда цапались, он кричал, что терпеть меня не может, выбрасывал сменную обувь в окно и грозил уехать в столицу, но каждый раз оставался. Интересно, почему? Может, не так плохо ему было со мной работать? Скорее всего. Только лекарь в этом никогда не признается.

Что касается нейта Лейна, то он тоже был вполне доволен жизнью и даже вроде бы счастлив. Сайли все-таки добилась своего, растопила сердце неприступного лекаря, и они почти два года жили вместе.

Первый выпуск акушерок разъехался по разным городам и селам, но мне время от времени приходили от них весточки. Мои девочки не забывали меня, писали и делились успехами, что меня очень радовало.

Больше никто не узнал, что я попаданка, да и сама я не стремилась раскрывать свою тайну, хватит с этого мира потрясений. Я добилась всего, чего хотела. Несказанно повезло, что в мужья мне достался человек прогрессивных взглядов, смелый, неравнодушный и отчаянный. Признав во мне попаданку, не испугался, а принял и полюбил такой, какая я есть. Стал для меня тихой гаванью, поддержкой, лучшим другом и зрелой любовью.

В знак благодарности я сжала руку Норвина и прислонилась к его плечу.

Когда-то я думала, настанет ли оно – идеальное время для счастья? Но благодаря тем, кто был рядом со мной, кто верил в меня, поддерживал и любил, поняла: оно давно наступило."