Глава таульской гильдии спросил:

– Таким образом вы выявили связь между частотой возникновения родовой горячки и посещением секционных?

Я взяла слово:

– Было выяснено, что те из лекарей, кто проводил вскрытия накануне работы в родильном зале, имели куда большее число осложнений у рожениц, чем те, кто приходил «чистыми».

– Это ерунда какая-то! Не вижу связи! – послышалось из дальнего угла зала.

– А, по-моему, звучит разумно! – вторил другой голос.

– Нейту Лейну можно доверять, он опытный лекарь!

– Ваш Лейн старый маразматик!

Я бросила взгляд на лекаря – тот медленно багровел и свирепел. Ноздри раздувались, как у рассерженного быка. Брайтен же веселился, наслаждаясь произведенным эффектом.

– Еще и бабу притащили! Да что эти бабы смыслят?! – теперь с Лейна перекинулись на меня.

– Действительно, что? – я закатила глаза и устало вздохнула.

Пока присутствующие в зале лекари спорили и переругивались, к нам подошел глава местной гильдии и зашептал:

– Ваше выступление еще долго не забудут, такого они еще не слышали.

– Я и не ожидала, что все пройдет гладко.

– А вот мне и еще нескольким моим коллегам ваш доклад показался весьма любопытным, а доводы – разумными. Хотелось бы подробней обсудить ваши методы после конфренции.

Я убедила нейта Лейна, что расстраиваться не стоит, и что хуже всего было, если бы наше выступление встретили равнодушно. И то, что его живо и горячо обсуждают, на самом деле прекрасно.

– Мне бы ваш энтузиазм, – хмуро проговорил Лейн, когда наша троица вышла в коридор, чтобы подышать и освежиться.

– Все осталось позади, мы отстрелялись, теперь можно спокойно сидеть на своих местах, ковырять скальпелем в зубах и выкрикивать гадости другим докладчикам, – Брайтен радостно потер руки.

А мне вдруг мне стало душно, голова пошла кругом. Переволновалась? Я сделала несколько неуверенных шажков и схватилась за плечо Лейна. А потом почувствовала, как ускользает сознание.

* * *Придя в себя, я поняла, что лежу на кровати под балдахином. Комната чужая, совершенно незнакомая. За окном сыплет снег, а на стене мерно тикают старинные часы.

– Ох, мамочки. Я что, упала в обморок? – спросила, коснувшись лба. Во рту была пустыня и страшно хотелось пить.

– У вас упало кровяное давление, – откуда-то сбоку появился нейт Лейн и сделал шаг ко мне. – Если бы я не знал истинной причины, то заподозрил бы истерию и прописал вам принудительный постельный режим, кровопускание и клизмы с валерьяной и зверобоем. Вот, выпейте воды.

Ну спасибо, добрый дядечка Лейн. Такое лечение очень вдохновляет! Хм, интересно, он в воду ничего не добавил? Я покосилась с подозрением, но, не уловив никаких посторонних запахов, осушила стакан одним махом.