Девушка заметно покраснела. Ее щеки были примерно одного цвета с кончиками Пашиных ушей.

- Здравствуйте, Илья Юльевич, - пробормотала она, а потом стала внимательно изучать пузырьки в бокале с шампанским.

- Добрый вечер, - негромко ответил он.

- Ну, так приглашение же было на два лица, - начал оправдываться Паша, - ну вот... это же такой вечер, и я подумал... а Оле будет... в общем...

- Я все поняла, - оставаться серьезной при таких сбивчивых объяснениях было совершенно невозможно, - и я рада, что Оля здесь.Подошел официант, Илья взял с подноса два бокала.

Один протянул Дуне. Она сделала маленький глоток и окинула взглядом собравшихся, среди множества лиц выцепила Ракитянского. Он что-то кому-то рассказывал. Тихого не было, да это и понятно. Тобольцева не было тоже. Что она почувствовала? Облегчение? Разочарование? И то, и другое одновременно.

- Ты кого-то ищешь? - тихо спросил Илья, слегка приобняв Дуню за талию, чтобы закрыть от куда-то спешащего и расталкивающего всех на своем пути коренастого лысого мужчины.

- Я? Просто разглядываю приглашенных. Как их много, правда?

- Илья Юльевич! - мужчина остановился как раз около них, - как рад нашей встрече, искренне рад! Вы меня не помните? В прошлом году поставлял вам блоки, вы тогда еще.

..

Илья отпустил Дуню и ответил на рукопожатие. Даже вступил в разговор. Она знала, как он не любит бесцеремонность, но слишком хорошо воспитан, чтобы не ответить.

До открытия дверей главного зала оставалось совсем немного. Дуня почувствовала волнение. Она знала, что там все в порядке. Ей знаком был каждый сантиметр этого места, каждая плитка и ниша, каждый витраж, и хотя хозяин «госТИНцев» - Тихий, Дуня все равно чувствовала свою ответственность перед гостями этого вечера.

Ей захотелось осмотреть все самой: столы, сцену, светильники. В последний раз."

"- Я сейчас приду, - шепнула она Илье. - Проверю и вернусь.

Оставив полупустой бокал в его руке, Дуня приоткрыла тяжелую дверь и зашла в зал.

*В холле толкалось прилично народу. Но эту пару Иван увидел сразу. Как только шагнул внутрь. Потому что невозможно было не заметить сигнальное алое платье.

Красный. Снова красный. Как назло. Словно насмешка. Тонкие лямки, точеные плечи, ключицы тоже тонкие.

А там, ниже... он помнит, какое оно там все на ощупь и как ладно помещается в ладонях. Еще ниже алая ткань мягко обтекает бедра. Волосы убраны назад. Алый лак, алая помада. Червь рядом казался бледной тенью, несмотря на идеально сидящий костюм и галстук с рубашкой в тон. Иван достаточно близко знаком с работой репортеров светской хроники, чтобы понимать: эта пара так и просилась в «глянец». И подпись внизу: «Серый Червь со спутницей». Или «Дульсинея Тобосская со спутником».