– Да я же тебе дочь отдать готов…

– Если я соглашусь на ваше предложение, – всё тем же ровным тоном произнёс я, – дома меня назовут педофилом, арестуют и посадят в тюрьму. Вашей дочери слишком мало лет, чтобы я мог жениться на ней и…

– Предо…"

"– Человеком, совершившим страшное преступление, прелюбодеяния к ребёнку. Ей всего тринадцать, и брак между нами – невозможен.

– А-а… – мужчина усмехнулся, его лицо приняло нормальный цвет. – Варварские обычаи вашей родины?

– Господин Багуа, у нас как раз варварством считается… – покачивая головой, произнёс я, прислушиваясь к стуку и громким голосам, раздавшимся на переднем дворике.

– Мы всё же находимся не в вашей Империи. Но я вас понял, – перебил меня «любящий отец», покосился на арку, ведущую в сторону главной улицы и, прочертив круг дымящейся трубкой, произнёс: – Поверьте, вам, мастер Ли, ущерба от этого на родине не будет! В её возрасте по нашим законам она уже может стать… Эй! Ван Дандань, что там за шум у ворот?

Слуга, старый хитрован с длинными, похожими на сосульки усами, чисто выбритым лбом и длинной косичкой на затылке, бесшумной тенью выскользнул из неприметной дверки и, склонившись над ухом хозяина, что-то ему зашептал. Естественно, я слышал, что он говорит, а вот переводчик, к сожалению, нет, так что понять тихо льющуюся, журчащую речь с то ли четырьмя, то ли шестью тональностями гласных, не мог. Признаться честно, не являясь полиглотом, я вообще пребывал в уверенности, что окажись я в другом мире без лингва-модуля, то мне было бы куда как проще обучить русскому языку ту же Янку, нежели обучиться самому.

Наконец, Ван, который в своей бежевой рубашке-халате с длинным подолом и в белых штанах до боли напоминал мне какого-то персонажа из виденных ранее китайских фильмов, распрямился, господин Багуа, вскинув удивлённо бровь, покосился на меня. Помолчал с минуту, а затем покачал головой.

– Н-да… Ну… впусти его, раз пришёл… но сразу сюда не веди! – медленно произнёс он и, протянув руку, подхватил пиалу с подостывшим чаем. – Мастер Ли, тут такое дело… Я от своих слов, конечно, не отказываюсь, тем более что наш разговор ещё не закончен, но…

Я не стал его торопить. Дождался, когда он, сделав большой глоток, собрался с мыслями и продолжил:

– Там мастер Шень Гуань Джоу… – чиновник опять замолчал, задумавшись, а затем, кивнув своим мыслям, закончил: – Он здесь для того, чтобы забрать Юнь Ми.

– Что значит «забрать»? – нахмурился я.

– Говорит, что его младшему брату нужна молодая и красивая наложница, и он уже получил согласие на то Главы клана, – произнося это, господин Багуа даже как-то постарел и осунулся, а затем, грустно усмехнувшись, посмотрел на дочь, которая с сосредоточенным выражением на мордочке продолжала месить кулачками воздух.