Мягкая и податливая она манила Энрара, потому он, не удержавшись, резко толкнул в нее два пальца, вгоняя их как можно глубже. Женщина всё же застонала, запрокидывая голову назад и цепляясь руками в покрывало. Внутри всё сжалось от страха, и теплая волна угасла, разлившись невнятным ощущением по телу.

− Ты всё еще боишься? – спросил Энрар, приподнимаясь.

Он убрал с ее лица черные волосы, чтобы увидеть пленительно приоткрытый ротик и влажные глаза. Отказать себе в удовольствии резко двинуть пальцами внутри своего сокровища он просто не мог, чувствуя, что она готова извиваться на твердой лежанке, но всё еще сдерживается, сжимаясь всем телом.

− Я могу оставить тебя в покое сегодня, − произнес мужчина с явной насмешкой, − но только при одном условии.

Вилия с надеждой взглянула на мужчину. Он не делал ей больно, но ей было так страшно и так стыдно, что она просто мечтала, чтобы всё это поскорее закончилось.

− Если ты возьмешь в рот и сама выпьешь семя, я просто лягу спать.

Женщина снова закрыла лицо руками, чувствуя приступ тошноты, подкатывающий к горлу. Ей показалось, что она просто умрет от стыда, если вообще увидит такую часть тела эштарца, а прикоснуться к ней, еще и губами, она просто не могла.

− Тогда расслабься, − с насмешкой велел Энрар и снова резко двинул пальцами, поворачивая ладонь.

От этого движения что-то в теле Вилии словно взорвалось, разгоняя колюче-приятное ощущение, словно в глубине ее живота разлетелись маленькие беспокойные бабочки. Женщина тихо пискнула и замерла, понимая, что мужчина отстранился, выскальзывая пальцами, и шагнул куда-то в сторону.

«Лучше бы он просто меня изнасиловал», − подумала Вилия, мечтая, чтобы все это скорее закончилось.

Энрар сбросил с себя жилет, чувствуя, что уже задыхается от желания, вскрыл флакон зубами и выплюнул пробку со зловещей усмешкой. Сдерживаться было уже невозможно. Он хотел ее до боли, до дрожи в каждой мышце, но спокойно возвращался к своей постели.

Вилия, приподнявшись на локтях, хотела отползти, потом поспешно свела вместе ноги. Она успела позабыть, что не одета, да и поза ее лишена всяких приличий, но мужчина только улыбнулся, видя в ее действиях новую идею.

− Обхвати колени руками и прижми к груди, − довольно мягко, но уверенно велел эштарец, макая палец во флакон.

Его возбуждало даже это движение. Толстый палец, узковатое горлышко. Мысленно он ввинчивался совсем не во флакон, и потому на его губах появлялась жуткая усмешка, от которой у Вилии похолодели пальцы. Она боялась догадываться о том, что произойдет в следующее мгновение, но всё равно всё понимала, послушно обнимая собственные колени.