– Или может лучше отец Адриан?

Священник, настоятель местного храма, родной отец поднадзорного юноши, закрыл ящик тумбочки и, недружелюбно посмотрев на гостя, пробасил:

– Кто вы такой, по какому праву вламываетесь в мой дом?

Куратор только улыбнулся и вместо ответа достал красную корочку удостоверения, протянув её святому отцу, а затем небольшой амулет, который снял с шеи. Священник недоверчиво взял документ, мазнул по нему глазами, но стоило ему увидеть украшение, как он тяжело сглотнул и застыл, буквально пожирая побрякушку взглядом. Гость тем временем по-хозяйски уселся за стол и вполне естественно, словно так оно и было положено, жестом пригласил владельца дома устраиваться напротив.

– Вот оно, значит, как, – пробубнил себе под нос священник, тяжело опускаясь на самодельную табуретку. – Так, значит…

– Да, – слегка улыбнувшись, подтвердил куратор. – Всё именно так."

"– А можно… – неуверенно, словно бы не он был хозяином в этом доме, Василий Иванович посмотрел на один из шкафчиков.

– Можно, – согласно кивнул гость, но тут же уточнил: – Только увлекаться не стоит.

– Да я так-то непьющий, – выдавил из себя священник, доставая из-за сложенного и выглаженного белья бутылку с самогоном и гранёный стакан. – По большим праздникам, если что, и…

– Что ж тогда по углам прячете? – изогнул бровь Куратор.

– Так не для меня стоит, – ответил хозяин, щедро, пальца на четыре, прыснув коричневого пойла, тут же выпил всё залпом и крякнул, что заставило гостя усомниться в его словах. – Для дела это. Для мирян, кои без зелёного змия себя не мыслят и слов верных не понимают.

– Ладно, Василий Иванович.

– Я вас внимательно слушаю, – тяжело вздохнул священник, пряча бутыль и возвращаясь на свою табуретку.

– Нет, это я вас слушаю, – улыбнулся Куратор, – но для начала…

Он положил на стол небольшой серебряный кейс, раскрыл, покопался в нём и достал кожаную папку, украшенную вензелями. На стол перед священником легла гербовая бумага из имперской канцелярии, он даже не стал её читать, выжидающе глядя на гостя. Тот, едва заметно усмехнувшись, положил поверх неё две незаполненные формы для церковных записок, красненькую «За здравие» и зелёную «За упокой», которые Василий Иванович тут же убрал в верхний ящик ближайшей тумбочки.

– Знаете, что с ними делать? – на всякий случай поинтересовался гость.

– Знаю, – утвердительно кивнул его собеседник и нахмурился, взглянув, наконец, на предписание из канцелярии. – Скажите, бра…

– Зовите меня Куратор, – посоветовал ему представитель Императора.

– Скажите Куратор, – повторил отец Адриан.