Женщины щебетали, как птицы на жёрдочке, обмениваясь сплетнями, мужчины бубнили с невыносимо важным видом, раздувая щёки и обсуждая очень серьёзные дела. В общем, обычный бал. Все в масках, но все друг друга знают, ведь представители высшего общества перетекают с одного вечера на другой, ничуть не меняя свой круг.

Но ощущение, будто на прогулку выпустили пациентов Ниенсканской лечебницы. Столичные модники старались превзойти себя, нарядившись в рыцарей и оборотней, кметов (чьи наряды, правда, были расшиты бриллиантами и жемчугом), волхвов и драконов. Учитывая то, какой популярностью в этом сезоне у знати пользуются благодаря газетам вампиры, встретить на маскараде какую-нибудь графиню в кметском наряде не только странно, но и смешно.

Может ли быть, что жители Нового Белграда настолько оторваны от жизни, что принимают кметов за существ мифических?

Зато упырей, вампиров и прочей нечисти было не счесть. Дамы залили свои платья красной краской, изобразили раны и укусы. Мужчины нацепили искусственные клыки (правда, большинство их скоро сняло, так как не смогли внятно говорить и есть).

Я слишком редко выхожу в свет, поэтому не знаю, о чём обычно разговаривают дворяне, а, как оказалось, они оживлённо обсуждают мою работу.

– И двадцать человек оказались совершенно обескровленны! – услышал я почти сразу как вошёл в особняк.

Две красивые молодые девушки обсуждали убийства в Великолесье с таким восторгом, будто говорили о чём-то забавном.

– Это всё граф Ферзен, я уверена! – воскликнула вторая светская дурочка. – Я встречала его в позапрошлом году на балу у князя Сумарокова. Ох, какой он… загадочный. Очень жестокий, решительный.

Просто чудовище.

– Думаешь, он сам убивал этих девушек?

– Да он и меня попытался укусить.

– Что?!

Я насторожился, прислушиваясь, и уже собрался подойти и расспросить подробнее, когда, наконец, догадался, что девица сочиняла на ходу.

– Да. Только не говори никому. Будет ужасный скандал, но скажу по секрету…

Ужасно хотелось выпить, но на службе никак нельзя.

В общем, все разрядились в пух и прах.

Впрочем, хозяин не отстал от гостей по уровню трат. Он знал, кто к нему придёт, и не жалел денег. Я мельком только заглянул в столовую и оценил угощения, успел посчитать примерно количество официантов и бокалов с вином, чтобы уже мысленно поплакать, прикинув сумму, которая ушла на один только вечер.

Личность Кельха-Карнштейна становится всё более подозрительной, потому что я не понимаю, откуда у него такие деньги.

Все новые лица, пусть и спрятанные под масками, всё равно сразу выделялись. В том числе я.

И доктор Шелли. Его я заметил с бокалом вина, которое он даже не пригубил.

– Что вы здесь делаете?! – прошипел я.