— А что случилось?

— Ну, как она мне сама сказала, что ничего особенного. Просто прихватило сердце. Она выпила какую-то таблетку. Ей вроде бы должно было полегчать, но ей не полегчало. Отец вызвал скорую, скорая приехала, забрала их, и мне уже звонил отец…

— А он сам где?

— Да дома остался… — Олег махнул рукой, и я прикусила губы.

— И что теперь будет?

— Ну, не знаю, что теперь будет, ждём.

И мы прождали наверное, больше часа.

Я металась по приёмному покою из стороны в сторону, просила проводить меня, просила чтобы мне сказали, куда её сейчас отвезли, но медперсонал был особо не в курсе.

А спустя ещё час высокий статный мужчина в медицинской форме вышел в приёмник и произнёс:

— Сейчас ваша мама находится в смотровой палате, и она написала отказ от госпитализации.

Я тяжело вздохнула, перевела взгляд на мужа и покачала головой, но Олег только нахмурился. А ещё через двадцать минут на кресле каталке свекровь выехала из смотрового кабинета.

Увидев нас вместе, покачала головой и произнесла:

— Вот только на похоронах моих и будете рядышком стоять.

Глава 15

— Давай грузи меня в машину, — раздражённо и нервно сказала свекровь, и мне кажется, если бы у неё была какая-нибудь палка клюка, она бы точно съездила Олегу по коленям этой палкой.

Я тяжело задышала, перевела взгляд на бывшего мужа и покачала головой, но он все-таки придержал мать за руку и довёл её до машины, усадил на пассажирское сиденье и, когда развернулся ко мне, наткнулся на статую, которая сложила руки на груди и вскинула левую бровь.

— Что ты на меня так смотришь?

— У неё был микроинсульт семь лет назад, — тихо начала я. — Она приготовила тушёную картошку с грибами и думала, что траванулась этими самыми грибами, поджелудочная не выдержала, спустя сутки, когда её все-таки мы уговорили съездить в больницу, выяснилось, что у неё был микроинсульт.

Она глотать не могла две недели, сейчас её с приступом увозят, она пишет отказ, а ты на это смотришь, как будто бы ничего плохого не происходит.

— А что плохое происходит? Мне что костьми лечь, чтобы она не уходила из больницы?

— Да, — честно ответила я и сделала шаг в сторону, . — Ляг костьми, но пусть мать останется в больнице.

— Вик, слушай, ты сейчас вообще не в том положении, чтобы диктовать мне какие-либо условия.

И если ты немножко подзабыла, то мы с тобой в разводе, и поэтому мама тебе теперь чужая тётя, бабушка твоих детей и все на этом.

Пощёчина оказалась безумно болезненной, я поморщилась так, словно бы меня, как котёнка, натыкали в лужу с ссаньем.

Я не относилась к своей свекрови, как только к бабушке детей. Я просто считала это неправильным, лицемерным. У всех людей есть недостатки. Вот свекровь у меня была сейчас помешана на том, чтобы семья воссоединилась.