В конце концов не выдержал – вспылил: «Знакомились уже!». Она аж растерялась, захлопала глазами.

Неприязнь к ней тихо тлела, пока Андрей её не видел, и вспыхивала с новой силой после каждой такой стычки. Ну и коллеги в отделе не давали про неё забыть.

Вот и сейчас – душой он уже вырвался прочь с ненавистной работы, уже мчался домой на всех парусах, и меньше всего ему хотелось в пятничный вечер слушать про неё. Но остальные приготовились жадно внимать, какое ещё преступление против народа совершила Старуха.

– А что случилось? – спросили несколько человек в унисон.

– Да отчёт ей, видите ли, мой не понравился, – пожаловалась Люба. – Вызвала меня сейчас и отчитала, как двоечницу. Безмозглой обозвала! Какое она право имеет оскорблять меня?! Ну и велела всё переделать. Причём немедленно. А я обещала Вадику быть дома пораньше, мы с ним должны к свекрови на юбилей поехать. Он точно меня не простит. А свекровь так вообще потом изживёт, она и так меня еле терпит, – Люба всхлипнула. – И зачем, скажите на милость, Старухе этот отчёт прямо сейчас, в пятницу вечером? Что она с ним в выходные делать будет?

– Скажи, что сегодня не можешь, а в субботу приедешь и всё сделаешь, – предложила вариант Дина Шигибаева, дородная, степенная. Сплетница, конечно, как и все, но зато сама невозмутимость, а иногда и милосердие.

– Говорила! Умоляла даже. Старухе плевать. Она меня просто не понимает! – Люба искривила хорошенькое личико и прошипела, подражая Елены Эдуардовне: – Отчёт должен быть готов сегодня!

– Ну как ей тебя понять, – вздохнула Дина, – если у неё самой семьи нет и не было. Ей невдомёк, что муж и дети требуют внимания. Она на работе, считай, живёт. Вот и думает, что все остальные должны так же.

– Это точно, – хмыкнул Арсений, осматривая свои безупречно ухоженные ногти. – У меня хоть семьи нет, но личную жизнь никто не отменял.

Катя Петрова, худенькая и бесцветная, этакий вечный подросток, зарделась, пряча глаза. Все в отделе, да и не только в отделе знали, что она безнадёжно влюблена в Арсения. И тот, конечно, тоже знал, но делал вид, что не знает.

– Мужика ей надо, да кто такую ведьму вытерпит, – вздохнула Дина.

Хоть Андрей и на дух не выносил Елену Эдуардовну, но от этих сетований «надо мужика», которыми заканчивался практически каждый разговор о директорской персоне, его уже подбешивало. Ну бред же! Да и не поможет там никакой «мужик».

– Слушай, Катюша, ты же у нас девушка холостая, – заворковала Люба, заискивающе глядя на всё ещё пунцовую Катю Петрову. – Выручи, а? Тебе же некуда торопиться? Сделай отчёт за меня? Я потом тоже тебе как-нибудь помогу.

Все прекрасно знали, что Любино помочь «как-нибудь» – не просто так звучит расплывчато, даже призрачно. Оно как бы есть, но его нет.