— Я же говорил, погода портится, — сказал Илья.

Они подошли к глубокому провалу. Внизу, между скальных стен белел снег.

— Другие расщелины еще дальше, — махнул рукой Потапенко. — Я местных расспросил. Надо здесь искать.

— Там никого не видно, — сказал Аксельрод, наклоняясь. — Черт! Выступ мешает. Ну что, будем лезть?

— Что подсказывает ваше чутье? — спросил Марат у Ильи.

Тот молчал, вглядываясь в глубину расщелины.

— Постойте-ка… — приезжий принялся внимательно исследовать прицепившиеся к скалам мелкие кустики. — Что это, по-вашему?

Он протянул Вересову тонкую синюю ниточку.

— Нитка, — сказал тот. — Кусты колючие, вот она и… Во что была одета ваша дама?

— В синие спортивные брюки, красный свитер и коричневую куртку.

— Значит, надо лезть, — вздохнул Аксельрод. Вересов подошел поближе к краю, снял очки и внимательно приглядывался, выбирая место для спуска.

— Ни черта не видно… Там несколько выступов, — он показал рукой вниз. — Она могла скатиться под один из них. Придется спускаться. Потапенко, дай-ка мне ледоруб на всякий случай.

— Я с тобой, — вызвался Аксельрод.

— Зачем? Если что, я вам крикну.

Вересов привязал к поясу приспособление для подъема тела пострадавшего, попросил ребят подстраховать и начал медленно спускаться.

— Неудобно как, — заметил Кострома, стоя у края провала и наблюдая за происходящим. — Выступов много. Странно, что она не задержалась ни на одном.

— Может, ее там и нет, — возразил Потапенко. — Шла мимо, зацепилась штаниной за куст… и все дела.

Всех охватило лихорадочное нетерпение. Первым не выдержал Аксельрод.

— Ну, что там, Илюха? — крикнул он, сложив ладони рупором.

Вересов молчал.

— Э-эй! Илья! Нашел?

Страховочная веревка несколько раз дернулась.

— Что-то есть! — обрадовался Потапенко.

Марат всматривался вниз, но ничего не видел. Пот заливал глаза. «Это от напряжения, — подумал он, вытирая мокрый лоб. — Хорошо, что больше искать не придется. Лариса здесь». Он чувствовал приближение развязки.

— Э-э-эй! Илья! — кричал Потапенко. — Ты в порядке?

Вересов скрылся за одним из выступов и не подавал голоса. Страховочная веревка снова дернулась.

— Давай, тащи! — крикнул Аксельрод.

Альпинисты действовали слаженно и без лишней суеты. Марат невольно залюбовался. Спустя несколько минут они вытащили безжизненное тело Ларисы. Как и предполагалось, она была одета в синие брюки. Из-под куртки выглядывал красный свитер. Ее бледное запрокинутое лицо отдавало синевой, волосы слиплись и смерзлись.

Марат сразу понял, что она мертва. Но все-таки пытался нащупать пульс, потом расстегнул куртку, приложил ухо к груди. Тишина. Он не видел, как выбирался из расщелины Илья.

— Мертвая она, — тихо сказал Вересов, опускаясь на корточки рядом. — Заледенела вся.