— Это меня настораживает, — сказал он. — Как «Фаг» оказался на Сумрачной? Потерпел бедствие? А тарелка? Что случилось с кораблями и экипажами? Мне это не нравится.

— Мне тоже, — вздохнул Элакриэн. — Тем более надо выяснить, в чем дело. И помочь флажам, если они еще живы…

Планета Земля, Памир. Наше времяБатыркулов с утра чувствовал себя хуже некуда. Разболелся желудок: давала о себе знать старая язва.

— Я буду только чай, — раздраженно сказал он черноглазой таджичке, которая принесла ему завтрак.

Та забросила длинные косы за спину и вздохнула.

— Может быть, попозже?

— Нет, я сказал! — рявкнул Батыркулов. — Забирай все!

Через минуту ему стало стыдно. Он даже захотел извиниться за резкость, но девушка уже ушла. В желудке вспыхнул очаг боли, как будто изнутри жгло каленым железом. Председатель комиссии вспомнил, что оставил свои таблетки дома в Душанбе, и заскрипел зубами от досады.

— К вам можно? — просунул голову в дверь Изотов.

— Заходи, — ответил Батыркулов, преодолевая дурноту."

"На лбу выступила испарина. Он достал из кармана носовой платок и промокнул лицо.

— Неважно выглядите, Хушкадам Одилович, — сказал инженер, усаживаясь на длинную скамью.

— Сам знаю. У тебя ко мне дело? Изотов кивнул.

— Тогда говори. Чего мнешься?

— Я вижу, вы не в духе…

— А ты не обращай внимания! — разозлился Батыркулов. — В духе, не в духе! Я не жених, а ты не красна девица. Мы с тобой и без любви поговорить можем.

— Ладно, я в другой раз зайду, — пробормотал Изотов, поднимаясь.

— Сядь! Ну, язва у меня разыгралась! Так скрутила, что сил нет терпеть… Аж в глазах темно. Настроение тоже… соответствующее.

— Может, я за врачом сбегаю?

Батыркулов от боли забыл, что у него в комиссии есть врач и медикаментов в медпункте строителей достаточно. Хоть бы укол обезболивающий сделать, сразу бы полегчало.

— Говори, зачем пришел, — уже спокойнее произнес он. — Врачи потом. Успеется.

— Я про нишу, что в горе обнаружилась. Надо бы ее исследовать. Правда, там завал образовался. Взрыв произвел двоякое действие: с одной стороны, открыл нишу, с другой… там породы насыпалось немерено.

— Породу разобрать можно, — сказал Батыркулов, прислушиваясь к боли в желудке. — Чем вам и следует заниматься. Завал в туннеле положено было ликвидировать в течение трех дней. А уже сколько прошло?

— Проходчики отказываются разбирать завал в районе ниши. Боятся.

— Заставьте солдат! Что вы с ними панькаетесь? Детский сад…

— Военные делают, что приказано, но… вяло. Иными словами, скрыто саботируют ведение работ по очистке туннеля.

Батыркулов развел руками.

— Что ж ты от меня-то хочешь, братец? Мои эксперты что могли, сделали. Пробы грунта и воздуха брали, радиоактивность замеряли… Все почти в норме для данной местности.