Я допила ароматное ягодное вино, закусила несколькими бутербродами (аппетит, как обычно после перехода, отменный) и, искренне поблагодарив Владыку Велиарана, вышла в сопровождении слуги через потайной ход. На выходе меня уже поджидал закрытый экипаж без каких-либо знаков отличия с запряженными в него ящерами. В экипаже я, незаметно для себя, задремала. Проснулась от вежливого покашливания кучера над ухом. Оглядевшись, поняла, что мы уже доехали до дома Адальвейна. На улице потихоньку светлело – хотя, судя по заспанному лицу несшего караул охранника, очень удивившегося мне и моему виду, дом еще спал.

Так что я сама нашла свою комнату, скинула с себя испорченную одежду и рубашку Владыки, которой он меня любезно снабдил в дорогу вместо халата, и нырнула под одеяло. Как бы я ни хотела помыться, душа здесь не имелось, а в ванне я банально боялась заснуть и утонуть – это стало бы совсем глупым завершением моей толком не начавшейся новой жизни. Здоровый сон накрыл меня сразу, стоило голове очутиться на подушке.

А вещи все-таки жаль – ну да ладно, приспособлюсь.

10. Новая «магическая» жизнь

Утром вспомнилась поговорка: «Сегодняшний день еще вчера не заладился».

Проснулась я от ощущения пристального взгляда и сразу встретилась с серыми, не очень дружелюбными, глазами.

– Доброе утро, Лера, – совсем недобро сказал мне Вейн. – Я вижу, ты не просто так интересовалась семейным положением Владыки. Говорят, он весьма пылкий мужчина. Такого, правда, я не ожидал.

Спросонья не совсем понимая смысл сказанного, я тупо проследила за взглядом Адальвейна, который прошелся по синякам у меня на руках, по разбросанной разорванной одежде, а потом дошел и до висящей на спинке стула белой рубашке, на манжетах которой была янтарная вышивка, чем-то напоминающая наше этническое солнце.

– Могла бы и ночевать у него остаться, а заодно и одежду новую попросить, а не попирать приличия, щеголяя в мужской рубашке, – в этот момент мне показалось, что не у одного Владыки в глазах может гореть огонь.

И вот тут я, честное слово, не хотела, но мой язык оказался быстрее моих не до конца проснувшихся мозгов, поэтому просто ляпнула:

– Ты что, ревнуешь?

В ответ на это Вейн резко вышел и хлопнул дверью.

Я было вскочила за ним, но, откинув одеяло, обнаружила, что на мне совсем ничего нет: белье также пострадало от вчерашних несостоявшихся насильников и валялось в общей куче тряпья, бывшей недавно моей одеждой, возле кровати. Пока я металась по комнате, ища, что бы надеть – ну не рубашку же Владыки, которая и без того разозлила менара, – услышала, как открылись ворота и Адальвейн покинул дом. Поняв, что уже некуда спешить, я наполнила ванну и залезла в теплую воду.