Теперь передо мной лежали: кинжал, белый пористый камень, похожий на окаменелую губку, и салфетка. Я нервно сглотнула: резать себя совсем не хотелось, но, видимо, придется.

– Не нервничай, – Владыка положил мне руку на плечо. – Будешь нервничать, кровь пойдет хуже, придется глубже и длиннее делать порез.

– Где именно надо наносить порез? – я старалась дышать глубже, но успокоиться не получалось.

– Это твой выбор, но крови должно быть достаточно, чтобы камень стал красным.

Я посмотрела на камень размером с мой кулак – да, парой капель из пальца тут не обойдешься. В фильмах часто показывают, как режут ладонь, но потом эта рука станет нерабочая, порез будет заживать долго и болезненно.

Я аккуратно взяла кинжал и присмотрелась к лезвию. Даже на глаз видно, что его заточка не уступает скальпелю. Значит, хотя бы не так больно."

"– Если кровь пойдет сильно, мне окажут первую помощь? – руки немного дрожали. Надо как-то успокоиться. Знала бы, выпила больше ликера. Сейчас как-то неудобно просить.

На лицах стоявших вокруг меня мужчин заиграла улыбка.

– Валерия, – менар сильнее сжал мое плечо, – не переживай, тебе не дадут истечь кровью.

Как только камень станет красным, тебе обработают рану, наложат повязку – все будет хорошо.

– А магически залечить никак нельзя? – я уже поняла, что нельзя, но не поинтересоваться не могла.

– Этот кинжал сам по себе очень сильный артефакт, – Владыка Дарстейна оказался на редкость терпелив, – магически нанесенные раны практически не поддаются магическому заживлению. Все зависит от твоего уровня магии: я считаю, что он достаточно высок, чтобы ускорить заживление. Но, опять же, глубина и длина пореза имеют значение.

Аккуратно положив кинжал на поднос, я начала закатывать рукав на левой руке. Надо – значит надо, перед смертью не надышишься. Я снова, уже увереннее, взяла кинжал в руку и приложила лезвие к запястью.

– Начни от локтя вниз, – посоветовал Владыка.

Не отрывая взгляд от руки, я переставила кинжал и несильно надавила. На острие кинжал был тонкий, почти стилет, и легко продавил кожу. Капля крови, выступившая почти мгновенно, поползла вниз. Я положила пальцы на камень, почувствовав, насколько он теплый, почти горячий. Как и кровь. Волнение постепенно ушло, и мне кажется, не без помощи кого-то из присутствующих – возможно, и самого Владыки.

Взамен на меня накатило странное спокойствие, какое-то отрешенное состояние. Я повела кинжал вниз, рассекая кожу; боли почти не чувствовалось, а кровь начала струиться тоненькой змейкой. Шли минуты, от потери крови конечность начинала неметь, когда я заметила, что камень становится розовым, а потом начинает алеть. В момент, когда камень сделался красным, Владыка, все время простоявший позади меня, отдернул мою руку.