Нет, учиться в Европу не поеду, хоть убей! Либо я поступаю туда, куда мне необходимо…

— Либо?

— Либо ухожу в армию!

Услышав подобное заявление, родительница обессиленно осела в ближайшем кресле практически без чувств. Предприняла еще несколько попыток облагоразумить его, а затем спустила всех собак на мужа, который не удосужился поддержать ее идею относительно заграницы. Естественно, день его зачисления в местный политехнический университет стал для матери днем большого семейного траура. Отец же, напротив, решил поддержать Славу и отметить столь знаменательное событие.

Так они и оказались в сауне большой шумной компанией. И вот, спустя несколько месяцев разлуки он наконец увидел ее — причину всех своих бед — Синичку! Счастливую. Полуголую.

Откровенно выплясывающую перед толпой мужиков, исходящих слюной на ее охрененные сиськи и умопомрачительную задницу.

Красницкий окончательно потерял над собой контроль.

Буквально осатанел, не зная, чего хочет больше — убить идиотку на месте или все же… поцеловать? Дальнейшие события происходили будто в тумане.

В состоянии полнейшего паскудного аффекта.

Он просто позволил себе сущую малость — прикоснуться к своей любимой игрушке. Узнать, каковы на вкус ее пухлые губы. Увидеть собственными глазами ее упругую грудь.

Кто же знал, что его так торкнет? Что сорвет все тормоза и стоп-краны?

Что он будет готов послать на х*й весь белый свет, включая собственного друга, лишь бы прикоснуться к ней еще разок? Да никто!

Слава и сам от себя подобной реакции не ожидал.

Для него она стала самым настоящим откровением. Шоком!

И теперь он искренне недоумевал, что ему с этим открытием делать.

— Слав? — внезапно Ирина закопошилась, приковывая к себе его внимание и выдергивая из бесконечной череды воспоминаний. — Я больше не чувствую боли. Может, попробуем поставить меня на ноги?

Красный нахмурился. Огляделся по сторонам.

Оказывается, они уже добрались до нужной парадной.

— Вы ведь вдвоем с матерью живете, да? — проигнорировал ее просьбу. Не теряя времени даром, широко распахнул тяжелую металлическую дверь и вошел в подъезд, крепче прижимая к груди свою драгоценную ношу.

— Ага!

— Квартира большая?

— Трехкомнатная, а что?

— Ничего! — он принялся осторожно подниматься по ступеням, уверенным размашистым шагом. — Получается, у тебя собственная спальня есть, я прав?

— Ну, да…

Вячеслав притормозил на лестничном пролете между первым и вторым этажом. Чуть склонился над ней и чувственно прошелестел у виска, опаляя кожу девушки горячим хмельным дыханием:

— Войти пригласишь?

Ирина шумно втянула в себя воздух. И с ответом нашлась далеко не сразу.