Снова провалиться в тартарары успеешь всегда…

Валерий ощутил, что руки и ноги все-таки есть. И голова… В голове гудело, но состояние было ничего, сносное. Как после некоторого возлияния с Санычем и Вовой Кротовым в подвале лаборатории нестандартных фильтров, когда первая одурь уже прошла и появилось понимание, что жить еще можно…

– Ну, а теперь шагай, студент, – сказали ему. – Если хочешь существовать… Хочешь?

Валерий, кажется, хотел.

– А где я? Как добраться до города?

– До Инска? Забудь, друже… – услышал он мягкий ответ. – Нынче путь у тебя один. Топай по дороге, а наткнешься на развилку, выбирай левую сторону. Левая колея всегда надежнее…

– Не болтай, сам выберет, – остановили опять разговорчивого незнакомца. И вывели Валерия под руки на мощеный тракт. В отшлифованных булыжниках искрились отражения звезд. Пахло остывшими травами…

– Это Дорога? – понял наконец Валерий. Он знал про Дорогу. Не раз говорили про нее в подвале лаборатории, когда приходило время «оттянуться» после насыщенного дня. И ведь именно на нее уволокла Грина сумасшедшая (или находчивая?) сестра Лыша.

""Бедняга Лыш. Я тебя никогда больше не увижу…""

Но главная мысль была о Юне:

""Как же это так? Значит, навсегда… Юнона?""

""Авось…"" – будто усмехнулась она в ответ, словно давая капельку надежды. Правда, крохотную…

– Это Дорога? – повторил Валерий, поскольку спутники молчали.

– Она… – проговорил наконец один. – Иди, не спрашивай. Кто выходит на нее, не знает, чтобудетпотом. У каждого свое. Многое зависит от человека. И от нее тоже…

– Понял, – сказал Валерий. Спутники сразу исчезли. И Валерий пошел. Тело было теперь легким, голова ясной. Веяло навстречу запахом земляники.

Он шагал под звездами, которые отражались в твердых булыжниках, и как было не вспомнить!

Выхожу один я на дорогу (на Дорогу!),Предо мной кремнистый путь блестит…"

"Скоро, однако путь перестал блестеть. Шоссе раздвоилось. Влево, среди смутно белеющих ромашек, пошел немощеный проселок, вправо – неширокая асфальтовая лента. И Валерий конечно же – вопреки совету и назло себе и судьбе (но не Дороге, которая предоставила равноправный выбор), повернул на асфальт. И тот почти сразу привел его в город. На знакомые Дворы.

Но нет, они были не совсем знакомые. И город был… то ли Инск, то ли просто Город из давних снов. Уже всходило солнце, розово красило множество белых колоколен, которые толпились за сырыми от росы заборами. Слева маячили серые башни Крепости – неразрушенные и более высокие, чем раньше…

И не было никого, даже кошек – любительниц ранних прогулок. Только где-то свистнула, подчеркивая тишину и пустоту, нерешительная птаха.