— Не забывай, Дэниел, что в прошлый раз ты тоже услышал «да» первым, но это еще ничего не значит.

— Ричард, тебе лучше уйти. Не хочу бить тебе морду в свой день рождения.

— Только в честь праздника, братец. Только в честь праздника…

Ладонь на моей спине напрягается, сильнее вжимая в тело напротив. Дрожь проносится по рукам, бедрам и шее. Нервы натягиваются до предела и вот-вот лопнут, уничтожив последние крупицы сил и самообладания.

Дэниел. Вот как зовут мой новый кошмар. Он касается моего подбородка свободной рукой и приподнимает его, вглядываясь в глаза. Смотрит почти так же, как Джейк и Холли, когда увидели меня впервые, но помимо удивления есть что-то еще… Темное, холодное, удушающее.

— Тебе здесь не место, — говорит Дэниел.

Это не новость. Только вот пришла я не по своей воле.

— Дэниел! — слышится высокий голос Холли. — Если что, я не имею к подарку брата никакого отношения.

Руки, что касались меня всего секунду назад, исчезают. С трудом ловлю равновесие, отступая, чтобы дать Холли возможность тепло обнять человека, от которого теперь зависит моя жизнь.

— С днем рождения, красавчик.

— Спасибо, малышка.

— Желаю тебе…

Слова Холли тонут в гомоне голосов. Делаю еще один шаг назад, а в мыслях только одно — «беги!». Я не могу. Просто не могу. Смотреть на это все, чувствовать себя, как кусок грязи, прилипшей к подошве дорогой обуви.

Резко разворачиваюсь и перебираю ногами. Плевать, что будет, но я ухожу отсюда. Я не справлюсь. Эти люди… Счастливые, довольные собой, не знающие настоящей боли и проблем. Не хочу находиться среди них. Лучше обратно в «исправитель». Там я хотя бы знаю, чего ожидать, а тут…

Проклинаю неудобные туфли, шагая к выходу. Лица мелькают перед глазами. Кроваво красные губы женщин, сытые и довольные взгляды мужчин. Пульс зашкаливает. Это сюда я хотела вырваться? Сюда сбежать? Почему я думала, что здесь будет лучше? Страх смешивается с презрением, ненависть перерастает в убийственную печаль. Нет. Я хотела совсем не сюда. Я хотела тихой, спокойной и нормальной жизни. А это все цирк уродов. Они покупают людей, дарят их на дни рождения и смеются. Смеются! Смеются…

Преграда на пути вырастает внезапно. Тихий вскрик. Звон бьющегося стекла. Девушка в черном фартуке летит следом за подносом в груду разбитых бокалов. Хватаю ее за плечо, оттягивая в сторону, и падаю сама, не удержавшись на ногах.

Голоса замолкают. Зал наполняет только тихая мелодия. А музыка действительно прекрасна. Такой печальный и тягучий инструмент, что хочется плакать вместе с ним. Скрипка… Никогда не слышала ее вживую.

— Простите, — лопочет девушка. — Я не хотела. Простите.

Испуг в ее глазах и поджатые губы дезориентируют. Сижу на полу и не могу двинуться с места.

— Ваша рука, — тихо произносит она и смотрит вниз.