Дернулась к лестнице, ведущей наверх из подвала, вскинула руки с заряженным пистолетом и стиснула зубы, не сдержав внезапно сорвавшегося с губ стона, когда под ребрами слева вспыхнула боль. Глаза защипало. Дышать казалось невозможным.

— Тихо!

Чёрт! Их главный меня услышал.

Твою мать!

Теперь точно деваться некуда. Я не дам им убить себя раньше, чем в башку одного из них влетит моя пуля.

Занесла ногу на ступеньку, и внутренности вновь обожгло острой болью. В этот раз пришлось прикусить рукав кожаной куртки.

Осторожный шаги приблизились к крышке. Неужели он настолько наивен, что думает, что я его не услышу и не увижу через щели в полу?

Шаги оборвались. Шуршание ткани. Тихое, ровное дыхание, с которым меня разделял только старый деревяный пол.

Крышка подвала приоткрылась. Стали видны черные берцы, как у военных.

Крышка подвала открылась чуть шире. Стало видно, что мужик стоял на одном колене. Предложение, блядь, решил сделать?... Черные штаны со множеством карманов обтянули его ноги.

Крышка снова настороженно поползла выше. И в этот раз я решила не мешкать и забить на боль, рвущую внутренности. Резко рванула по ступенькам вверх. Уперлась дулом пистолета в лоб мудилы, в серо-голубых глазах которого не читалось ровным счетом ничего. Он даже не испугался. Возможно, удивился, но это было такой короткой вспышкой, что могло показаться.

— Не рыпайся, — выдавила я сухо, удерживая его взгляд.

Периферийное зрение уловило второго дебила, который запутался в двух автоматах, висящих на нем.

Глава 3. Михаил

— Скажи своему дружку, чтобы положил автоматы на пол, — тихо произнесла девчонка.

Светлые глаза смотрели на меня в упор. В её практически белых волосах виднелась грязь, щепки и паутина. От тяжелого и частого дыхания двигались крылья узкого носа.

— Живее! — её рука с пистолетом дернулась, металлом резануло лоб.

Жестом, не глядя на своего бойца, дал ему команду подчиниться."

"В упор смотрел на худую блондинку, которая делала то же самое в ответ, обещая мне одним взглядом, что сожрёт мой кадык на ужин, если я дернусь.

Всё так же глядя мне в глаза, она откинула накрывающую ее крышку подвала, отчего та глухо ударилась о старую кирпичную печь, занимающую половину кухни.

— Шаг назад, — чуть сдавлено сказала девчонка. Поднялась на ступеньку выше, чтобы пистолет не отрывался от моего лба, и поджала губы, задержав при этом дыхание, словно поймав внутренний вопль.

Вышла из подвала и встала ровно напротив меня. Сжала губы до белой нитки. Похоже, она ранена. Вдавливая дуло пистолета мне в башку, натянула свободной рукой рюкзак на плечо.

— Шеф… — начал мой боец едва слышно.

— Лежать! — перебила его девчонка. — Мордой в пол, руки за голову. Живо!

Никто не пошевелился. Пацан остался стоять и ждать команду о дальнейших действиях.