Через пару секунд он не только разбил Верховному  лицо, но и  едва не лишил его сознания.

Волхв натужно дышал, словно  ему пришлось заниматься тяжёлой физической работой, однако не пытался ответить  на удары или отклониться в сторону.

-Ты-и! –  выкрикнул Эйнар, снова переходя в атаку. – Трус!  Отвечай!

Парень не разбирал,  куда попадает – в корпус или в голову. Бил в полную силу, в каждый удар вкладывая частичку своей боли, обиды и ненависти.

По лицу Верховного текла кровь,  но он по-прежнему не делал ни малейшей попытки защититься.

- Дерись! Отвечай мне, как мужчина!  Почему ты  не даёшь сдачи? – воскликнул Эйнар. – Я не могу бить того, кто просто опустил руки!

- Потому что ты прав: моя вина, что Русану похитили, - глухо ответил Колин. – Я должен был подумать о её безопасности. И когда отправлялся в рейд, должен был послать в Замок охрану. Пусть это противоречило обычаю, пусть! Зато моя Ана  осталась бы невредима. Бей, сын, я заслужил.

- Ты врёшь! Если её украли, почему за столько лет ты не нашёл маму?  Почему не пришёл за нами???

- Я искал! Вся Страна искала, -  ответил Колин. – Мы перевернули каждый камешек, заглянули под каждую ветку! Ни малейшего следа, Эйнар! Ни одной эманации! Словно Ана просто растворилась в воздухе. Как мы выяснили недавно, по сути, так и получилось: реал унёс мою жену порталом, который втянул за собой остатки магического отпечатка. Я виноват, мне в голову не пришло, что Ану могли украсть имперцы!

- Ты врёшь! Зачем империанам красть  дэвасс, если их с большой охотой поставляют в Империю сами дэвсы?? Ты продал мою мать в алеи! Чем она тебе не угодила?  - и Эйнар снова набросился на отца с кулаками.

Ингвар еле сдерживался, понимая, что не имеет права вмешиваться в происходящее.  Наверное, Колину так легче – физическая боль притупляет боль сердца. Но насколько было бы проще оглушить парня, унести его в Страну и там, постепенно, рассказать ему всю правду?

- Дэвсы  не продают своих женщин, - волхв стоически выдержал все удары.

- Откуда тогда в гаремах берутся дэвасски? Ни одной империанки там нет, только ваши женщины, которых вы «никогда не продаёте»!

Эйнар не знал, что  ему делать: много лет он мечтал встретить отца и бросить ему в лицо обвинения.  Посмотреть в лживые глаза предателя и высказать ему своё презрение. Он предполагал, что  дэвс начнёт оправдываться, обвинять мать, дескать, плохо себя вела, или что-то в этом роде. Ждал, что он  может ответить не кулаками, а магией.  Но к тому, что родитель покорно примет побои и станет отрицать сам факт продаж дэвасс  в Империю,  оказался не готов. Ведь виновные ведут себя не так! И трусы  не терпят удары, не признают, что заслужили их.

А ещё – этот дэвс, назвавшийся его отцом, даже не попытался защитить себя магией.

Мог бы одним движением скрутить его, Эйнара.