Крутая тачка «носильщиков» стояла неподалёку, а наглые холеные морды смотрели в нашу сторону. Я притормозил, а Полина, все это время бежавшая позади, врезалась мне в спину. Взглянув на бывшую пассию, я кивнул в сторону низкого серебристого кабриолета.

— Не хило зарабатывают сейчас носильщики.

Захотелось покурить, жаль врачи наложили временный запрет как на алкоголь так и на сигареты. Но ничего, сегодня можно пренебречь всеми запретами, уважительной повод как-никак.

— Поль, а ты уверена, что у них камеры с собой нет? Ты бы погуглила вдруг в сеть что-то просочилось? Не думал, что ты такая тряпка, шить себя без конца для мужиков. Пожалела бы здоровье и пи…

— Подонок! — она залепила мне смачную пощечину, не дав договорить.

Но я и так едва стоял на ногах. Зло схватив ее за руку, я посмотрел на Полину взглядом полного пренебрежения:

— Думай, что делаешь и на кого руку поднимаешь! Я бы спасибо сказал, и не теряя достоинства, вернулся в дом. Не то выскочишь отсюда, как пробка из шампанского. Иди, — зло процедил я и кивнул в сторону ворот. — И помни о том, какой я добрый и сострадательной человек, не побрезговавший сходить на экскурсию в твои пещеры.

— Я молодая и красивая девушка, мне регулярный секс и внимание нужно, а не в промежутках между твоими проектами! Я семью хочу, а не вот это вот все… — в сердцах воскликнула Полина.

Вспомнив, как виртуозно она делала горловой минет, я поморщился. Так противно стало, что Полина врала мне все это время, а я считал ее чистым ангелом. Хотя сам виноват, оккупировался на работе, жил как в прострации. Приезжал на пару дней раз в две недели, чтобы как следует выспаться и в любовь поиграть. Но кажется наигрался. Теперь лишь только чистый секс без отношений и обязательств.

— Вот и заводи ее с теми амбалами. И на деньги мои больше не рассчитывай.

Я перешёл дорогу и направился в центр города. Решил, что завалюсь в первый же попавшийся отель, чтобы отоспаться и немного прийти в себя. Ещё соседка эта услужливая из самолёта… Нет я, конечно, сам виноват, схватил таблетку и закинул в себя, не выяснив толком что. Но неужели так трудно было открыть рот и сказать мне об этом? А если бы я умер от побочки? Какие же бабы дуры. От них явно одно только зло.

4 глава

Яна

Мы распрощались с мужчиной ещё в салоне самолета. Ну как распрощались… Я просто встала и ушла первой. Бросила на случайного попутчика насмешливый взгляд и уже было хотела открыть рот, чтобы сказать ему о таблетке, но в последней момент передумала и усыпила свою совесть мощным отрезвляющим пинком, вспомнив, как он обошелся со мной и стюардессой. С чего бы ради? Разойдемся кто куда, и больше даже не встретимся. А он пусть помучается от тошноты, головокружения и слабости. Зато будет уроком на будущее.