И все, что мне только хочется после этого — делать все наперекор тебе!

— Если скажу, что ты страшненькая и грудь у тебя не красивая, ты снимешь купальник?

Я закатила глаза, отступая назад, но Рома снова схватил меня за руку. Споткнувшись о доску, я не удержала равновесия и мы оба полетели с пирса в воду. Я вынырнула первой и, вытерев влагу с лица, рассмеялась в голос. Рома показался спустя секунду и тут же окатил меня брызгами воды.

— Какая же ты чертовка! Скажи, когда ты поймёшь, что пора сбавить обороты и принять моё внимание?

Я поплыла к берегу, мечтая добраться до того быстрее мужчины, похватать свою одежду и скрыться с места преступления. Не иначе меня будет ждать страстная расправа. По горящим глазам видела, что он едва сдерживался.

Но что была моя физическая форма по сравнению с мужской? Он настиг меня у самого берега. Схватил за щиколотку и повалил обратно в воду. Навис сверху и вжал меня в песок.

— Знаешь, что я понял… — прошептал мне в рот. — Что тебя так же заводит эта игра и гонка, как и меня, — впился губами в мой рот, сминая рукой грудь.

Я выгнулась ему навстречу и даже прохладные волны не смогли бы остудить моего пыла и желания. Да что же это за напасть такая? Ведь я давала себе обещание, что больше никаких отношений и чувств, но сердце, словно сумасшедшее билось о ребра, а я с горячностью отвечала на поцелуи мужчины. И даже более того… желала большего! Еще никогда не ощущала такого безумного притяжения, которое едва поддавалось контролю. Жадно отвечая на его поцелуи, я прижималась к влажному телу и мечтала о большем.

Смолов вдруг прекратил поцелуй и отстранился от меня. Часто и глубоко дыша, он смотрел мне в глаза, пока я тонула в его взгляде, понимая что не могу всплыть. Что тону. И мне нравится это лёгкое чувство невесомости. Нравится эта новая Яна, на которую ещё никто и никогда так не смотрел, как он.

— Мне… Пора. Я обещала поседеть с крестником, — прохрипела я.

— Хорошо, — отозвался он, выворачивая своим глубоким взглядом все мои внутренности.

Я бы парить должна от всех этих чувств, а мне почему-то сделалось грустно. Ведь я не хотела никаких чувств и привязанностей.

Смолов подхватил меня, словно я была пушинка, отнес к шезлонгу и только у него поставил на ноги. Взял полотенце и закутал в него, как маленькую девочку.

— Проводить тебя до номера? — посмотрел на меня из-под опущенных ресниц, а я лишь качнула головой, не в силах отвести от него глаз.

— Нет, сама дойду.

— Тогда до завтра? — его взгляд обжег мое тело, когда я стянула с себя полотенце.

Я быстро натянула шорты на мокрый купальник и трясущимися руками схватила свою сумку. Ничего не ответив, я развернулась, и пошла прочь, чувствуя у себя на спине, где-то между лопатками, неприятную скованность.