Что это? Какой-то прикол? Она, видимо, просто решила так надо мной поиздеваться. Всерьёз думает, что я поведусь на такую глупость? Я даже засмеялась.

— Не веришь? — насмешливо подняла брови Полина. — Думаешь, я шучу? Как бы не так, лапуля. Лиля мне, по большой дружбе, дала взглянуть на личные документы босса, которые хранятся у неё в компьютере. Это ведь она ему билет на самолёт оформляла, — коллега сделала драматичную паузу, а у меня внутри всё сжалось. — Там оказалось всё на итальянском, которого мы не знаем, но зато умеем пользоваться интернетом и онлайн-переводчиками.

Так что, сейчас твой любовник поехал к своей жене. Ой, ты что расстроилась? — она театрально всплеснула руками.

— Я расстроилась от того, что когда-то считала тебя подругой.

Развернувшись, пошла обратно в офис. Ничего не видя перед собой, плюхнулась на кресло. Внутри всё дрожало. Ужас, стыд и невероятной силы чудовищная боль нахлынули на меня, сметая всё на своём пути, захлёстывая, не давая вдохнуть.

Грудь сжимало словно железными тисками. Меня будто нокаутировали, растоптали, уничтожили. Я лишь судорожно пыталась хватать воздух онемевшими губами, как рыба, выброшенная на берег.

Этого не может быть! Нет! Нет! Так не бывает! Такое может случаться в книгах, фильмах, со знакомыми, но только не со мной, не с Завьяловой Анной!

Как же так, Артём? За что ты так со мной? Я ведь доверилась тебе!

Вот я дура! Поверила, что такой как он может быть с такой как я? Он — богатый, влиятельный, красивый. А я — простая обычная девушка, симпатичная, не более. Между нами настоящая пропасть! Как я только могла подумать, что возможны какие-то отношения?.. Ах! Отношения!

Тут до меня дошло — он ведь сказал, что не заводит отношений! Сам сказал мне прямым текстом! Теперь понятно почему.

А я? Подумала об этом полчаса, да и забыла, решив, что раз он проводит со мной время, то, между нами что-то есть! Какая фееричная глупость! Самообман. Приняла желаемое за действительное. Почувствовала, как слёзы жгут глаза. Не плакать! Не здесь!

Мне захотелось сесть на пол в угол, обняв колени руками. Нет, нельзя. Я постаралась сосредоточиться на дыхании.

Меня парализовало, не могла ни двигаться, ни думать, ни даже чувствовать. Я сидела и смотрела прямо перед собой ничего невидящим взглядом.

Внезапно поняла, что острая жгучая боль отступила, уступая место пустоте. Видимо, защитная реакция психики, чтобы не сойти с ума.

Боль, конечно же, вернётся, но позже. А сейчас нужно воспользоваться передышкой и подумать.

Мысли вдруг обрели холодную ясность.

Ну, для начала, а было ли это правдой? Полина могла и соврать, назло, чтобы причинить мне боль. Веры ей не было. Хоть это было и глупо, я ведь могла всё проверить. Но всё же такую возможность нельзя отметать.