Я настолько привыкла к тому, что мужчины намеков не понимают, и совершенно не умеют быть внимательными наблюдателями, что теперь это явилось для меня чем-то вроде маленького чуда. Сложно было поверить в то, что подобные мужчины в самом деле существуют, хотя Настасья упрямо убеждала, что есть. Просто я еще не встретила таковых…

Наша прогулка продолжалась часа два точно, пока я не ощутила, как бодрящий вечерний осенний воздух не пробрался уже даже под свитер. Очень вовремя мы вернулись к начальной точке, где стояла машина Дани, попрощались с нашим проводником, и я с облегчением нырнула в теплое нутро, еще не успевшее остыть, и мне тут же включили печку.

— Ну что, как насчет поужинать? — предложил Даня, повернувшись ко мне.

— Всеми лапами за, — сразу согласилась я.

— Тогда поехали, — кивнул он, и спрашивать, куда, не стала.

Однако, когда мы свернули к знакомому кварталу, я встрепенулась и осторожно поинтересовалась:

— И куда ты меня везешь?

— Ужинать, — невозмутимо отозвался этот тип. — К нам домой. Ты против?

Вот же ж… жук. Куда уж теперь возмущаться, у меня совести не хватит.

— Не против, — коротко вздохнув, покачала головой.

— Макс там соскучился, — голосом подлизы добавил Даня, широко ухмыльнувшись. — Этот предатель ходит и ищет тебя по комнатам, представляешь?

Попыталась в самом деле представить себе сие зрелище, и ну никак оно не вязалось с котярой, потому захихикала и честно ответила:

— Вот нет, знаешь ли. Мне кажется, Максу вообще фиолетово и перпендикулярно на всех и вся.

— В тебе он что-то нашел, — задумчиво протянул Даня, сворачивая во двор. — И я, как мужчина, в принципе его понимаю.

От этих слов почему-то совершенно непроизвольно по спине скатилась волна горячей дрожи, и я не нашлась, что ответить.

Мы поднялись наверх, зашли в квартиру, и Даня сразу направился на кухню, я, конечно, за ним. И замерла на пороге, глядя на сервированный на двоих ужин и три толстых длинных свечи в красивом бронзовом подсвечнике. Ну, то есть, тарелки, как полагается, бокалы, а основное блюдо, как поняла, было накрыто большой круглой крышкой и стояло на таком специальном столике, под которым горела горелка. Офигеть, это значит, Леша побеспокоился наверняка перед уходом, что ли?

— Сварим глинтвейн к ужину? — предложил Даня, подмигнув, и не дожидаясь ответа, направился к холодильнику.

 — Где-то тут вино стояло…"

"Черт, он и правда подготовился. И, кажется, я не зря надела тот комплектик из нежно-зеленого кружева. Данька поставил на плиту внушительных размеров кастрюлю, вылил туда вина, достал коробку со специями, а мне доверил важное дело нарезания апельсиновых корочек и яблока. Повинуясь очередной голосовой команде, включилась тихая, ненавязчивая музыка.